— А! Вот и наш достойный оппонент! — воскликнул Мейсон, оборачиваясь к Уоллесу. — Видишь, Лили, я оказался прав.
— Здравствуй, Брик, — сказала она.
— Добрый день, — ответил Уоллес без особого радушия.
— Итак, — распорядилась Джейн, — мисс Лайт, сядьте сюда. А вы, мистер Уоллес, — за противоположный конец стола.
Они уселись за столом, с расставленными на нем микрофонами. Мейсон остановился рядом с Лили.
— Ну, что ж, — взволнованно потирая руки, сказал он, — я думаю, что мы можем пренебречь таким стандартным ритуалом, как рукопожатие. Вы не против, мисс Уилсон?
— Разумеется, нет, — ответила она. — Но если вы не возражаете, мистер Кэпвелл, я попросила бы присесть рядом с мисс Лайт. Так будет удобнее.
— Что ж, хорошо, — Мейсон наклонился над столом. — Сейчас я хотел бы еще на одну минуту задержать ваше внимание, господа. Запомните: не кусаться, не царапаться, не лягаться и не бить ниже пояса, разве что в крайнем случае. Желаю удачи.
С этими словами он уселся позади Лили Лайт и, сложив руки на груди, занял позицию стороннего наблюдателя.
После случившихся с ней утром событий Джина не могла похвастаться хорошим аппетитом: все, на что ее хватило — это чашка кофе, к тому же сильно разбавленного сливками.
Когда основные действующие лица мужского пола покинули сцену, то есть зал ресторана «Ориент Экспресс», бурная энергия Джины обратилась на Иден.
Увидев, как владелица ресторана и по совместительству возлюбленная Круза Кастильо, наконец, закончила завтракать и подошла к метрдотелю, Джина, не обращая внимания на раненую ногу, торопливо вскочила со своего места и поковыляла к Иден.
Зуд, разбиравший Джину, был столь силен, что заставлял позабыть о боли в лодыжке.
— Иден! — приветливо воскликнула она, когда та уже собиралась уходить. — Можно поговорить с тобой?
— Нет, Джина. У меня не слишком много времени.
Вот тут Иден врала, потому что она твердо намеревалась дождаться Круза. А когда это случится, было известно лишь одному богу и начальнику полицейского управления Санта-Барбары. Просто ей не хотелось слушать Джину.
— Это не займет много времени, но касается очень важной темы, — серьезно сказала Джина. — Думаю, что тебе нужно обязательно узнать об этом.
— Что ж, идем, если это очень важно…
— Вообще-то, не знаю, почему я тебе это говорю. Но я, вроде, как бы обязана тебе и Крузу… — заговорщицки оглянувшись по сторонам, сказала она.
— Ну, так в чем дело? Джина, у тебя такой вид, как будто ты хочешь сообщить мне страшную тайну…
— Сегодня умерла бабушка Кейта. Если ты заметила — он очень расстроен.
— Я не думала, что из-за смерти бабушки можно быть таким грубым.
— Ну, его чувства понятны, — продолжила Джина. — Но мне кажется, что вся его злоба направлена на Круза. Кейт говорил об этом все утро. Возможно, ты и раньше знала, что Тиммонс ненавидит Круза… Но посмотрела бы ты на него сегодня! Я подумала, может быть ты что-нибудь знаешь?
Тактика достижения результата косвенным путем на сей раз никаких результатов Джине не принесла.
— Я ничего не знаю, — сказала Иден. — Наверное, мне известно об этом еще меньше, чем тебе.
— Ну, я решила, что нужно предупредить Круза… — протянула Джина. — Пусть будет настороже. А теперь, пожалуйста, забудь о том, что я тебе говорила.
— Ну, разумеется. Никаких проблем, — с легким чувством беспокойства ответила Иден. — Спасибо.
Джина развернулась и поковыляла к своему столику. Иден, оставшись наедине сама с собой, почувствовала, как ее охватывает настоящая тревога. Что происходит? Почему враждебность между Кейтом и Крузом переросла в открытую схватку? Судя по словам Джины, это уже приобретало очертания настоящей войны…
— Закрыть это казино, — говорила Лили, — это не только моя задача, она касается и вас тоже. Здесь в Санта-Барбаре, существует движение порядочных людей, которые хотят иметь нравственно здоровые условия для воспитания детей. Я уверена, что здесь, в заливе, они рады были бы видеть молитвенный дом, а не вертеп.