— Я буду делать все, что понадобится! — без тени сомнения сказала она. — Я не стыжусь своего происхождения! Оттуда моя сила… Родители заставили меня работать, как только я смогла ходить. Мне каждый день приходилось видеть ошибки отца, его болезнь. Передо мной каждый день был пример того, что правильно и что неправильно. И я научилась жить, как проповедую. Я так и живу!..
— Вы научились жить во лжи, — уверенно сказал он. — Вы всем лжете: говорите о себе одно, а делаете другое. Вы проповедуете лицемерие…
— Я проповедую правду, — возразила она. — Я проповедую истину, а истина состоит в том, что неисправимых людей нет. В последние годы жизни мой отец исправился. Он был опорой церкви и общины. Я надеюсь, что мои слушатели осудят его не сильнее, чем я осуждаю мистера Уоллеса за то, что он жестоко опорочил имя мертвого человека. И эти бессердечные попытки…
Брик вышел из себя. Вскочив из-за стола, он раздраженно отмахнулся и вскричал:
— Хорошо, хорошо! С меня хватит этой чепухи! Вы — фальсификатор и мошенница! И любой, даже не очень умный человек может раскусить вас. Ваши слова так не согласуются с делами, что не представляет никакого труда понять, чем вы являетесь на самом деле.
Почувствовав, что перевес в этой словесной схватке переходит на ее сторону. Лили поторопилась завершить разгром противника:
— Боюсь, мистер Уоллес, что вы слепы! — гневно заявила она. — Вам все заслоняют деньги! Мне вас жаль… Поведение Брика свидетельствует о том, что он не готов достойно смириться с поражением.
— Что вы чувствуете? А? — закричал он. — Мне не нужны ваши жалость и снисхождение! Я хочу, чтобы вы убрались отсюда!
Он схватил документы из раскрытой папки, смял их и швырнул в Лили, которая с оскорбленным видом заявила:
— Боюсь, что жители Санта-Барбары с вами не согласны.
— Чихать я хотел на жителей Санта-Барбары! — рявкнул Брик.
По изумленно вытянувшемуся лицу Джейн Уилсон он понял, что совершил ошибку, но было уже поздно. Он еще попытался что-то сказать, но Лили Лайт тут же уцепилась за его последние слова.
— Да, мистер Уоллес, — ехидно сказала она. — Это очень любопытное заявление. Оно как нельзя лучше характеризует вашу наплевательскую позицию.
Брик постарался поскорее взять себя в руки. Он наклонился над микрофоном и, с трудом сдерживая возбуждение, произнес:
— Вы используете шулерские приемы, потому что вы более испорчены и более опасны, чем какая-нибудь игра в кости. И мне больше нечего сказать вам, — он повернулся к Джейн. — Извините, я больше не могу здесь находиться.
— Ну, что ж, — поспешно сказала в микрофон Джейн. — Это были Брик Уоллес — менеджер казино «У Ника», и мисс Лили Лайт. Они излагали свои точки зрения на азартные игры в Санта-Барбаре. И я вижу, что нам уже звонят. Мы будем фиксировать эти звонки, чтобы узнать ваши мнения за и против.
— Идем, Мейсон.
ГЛАВА 21
— Да, он почти победил… — протянул Ченнинг-старший. — А как все хорошо начиналось…
— Он сделал все, что мог при данных обстоятельствах.
— М-да… — уныло протянул СиСи. — Все, да не совсем…
Увидев внезапно появившиеся в гостиной фигуры окружного прокурора Кейта Тиммонса и полицейского инспектора Круза Кастильо, СиСи удивленно встал с кресла.
— По-моему, я никому не открывал дверь!..
— Нам открыла горничная, — пояснил Кастильо.
Судя по его виду, начальник полицейского управления Санта-Барбары устроил одному из своих самых ценных подчиненных порядочную головомойку.