Те несколько минут, которые заняла дорога, Джулия возбужденно рассказывала Августе о том, как они полдня разыскивали деньги для того, чтобы собрать требуемую похитителями сумму, о том, как никто не мог выручить Лайонелла, и о том, как, наконец, на помощь ему пришел СиСи. Локриджу поскорее хотелось услышать рассказ жены о времени, проведенном в заточении, но Джулия тараторила так, что ему не удавалось вставить ни слова.
— Они не причинили тебе вреда?
— Ну, если не считать того, что я ужасно перепугалась и целые сутки ничего не ела, все остальное, в общем, нормально.
У порога их встретили СиСи и София. Они выглядели такими возбужденными, словно речь шла не об освобождении жены злейшего врага Кэпвелла-старшего, а о ком-то из семьи Кэпвеллов.
— Августа! — радостно воскликнула София, заключая ее в свои объятия. — Я так рада!
СиСи по своему обыкновению был настроен гораздо более критично — внимательно осмотрев Августу с головы до ног, он вместо приветствия сказал:
— Надо заметить, что после двух дней пребывания в плену ты выглядишь замечательно.
Как ни странно это прозвучало в такой обстановке, однако СиСи был прав: плотное трикотиновое платье красного цвета, облегавшее не по годам хорошо сохранившуюся фигуру Августы и вполне здоровый цвет лица говорили о том, что она, скорее, провела эти два дня в приятной компании, лениво перебрасываясь последними светскими новостями за бокалом шампанского. После этих слов СиСи воцарилось несколько неловкое молчание, которое поторопилась прервать сама Августа. Заламывая пальцы, она с волнением сказала:
— Ты не представляешь, как я тебе благодарна, СиСи. Лайонелл рассказал мне о том, что ты дал миллион долларов для моего выкупа. Я даже не предполагала, что это возможно.
СиСи, казалось, по-прежнему был озабочен ее внешним видом. Внимательно вглядываясь в лицо Августы, он спросил:
— Синяки, ушибы есть? Надеюсь, они тебя не били?
— Нет, к счастью мне повезло.
— Почему ты не приглашаешь Августу в дом? Мы, что, так и будем стоять тут в прихожей у порога, словно у нас нет более подходящего места для беседы?
СиСи мгновенно захлопнул дверь за поздними гостями и жестом пригласил их пройти в холл.
— Ну что ж. Августа, рассказывай! — возбужденно воскликнула София. — Нам всем не терпится узнать, что с тобой случилось за эти два дня.
Сопровождаемая Лайонеллом, Августа медленно ступала по мраморному полу, прикрыв глаза рукой:
— О, поначалу я думала, что вовсе не выдержу этого. Я немного раньше вернулась из отпуска случайно подвернувшимся чартерным рейсом, а мой багаж должен был прибыть позже, тем самолетом, на который у меня был заказан билет. Я совершенно спокойно вышла из лайнера и решила позвонить из здания аэровокзала. Но когда я набирала номер в телефонной будке, мне сунули под нос вату, смоченную, наверное, эфиром, и я мгновенно потеряла сознание. Больше мне ничего не известно. Я очнулась в каком-то темном чулане от того, что у меня ужасно болела голова.
— А преступники — кто они были? — нетерпеливо спросила София. — Тебе удалось что-нибудь узнать о них? Как они обращались с тобой?
— Как ни странно, преступники обращались со мной хорошо, — сказала она. — Два дня меня продержали в этом чулане на хлебе и воде.
— А ты видела самих преступников? — спросил СиСи. — Как они выглядели?
— Нет, увидеть их было невозможно — на них все время были маски.
— Очень жаль. А голоса? Ты смогла бы опознать кого-нибудь из них по голосу?
— Нет, за это тоже невозможно зацепиться.
— Почему?
— Они иногда разговаривали со мной, но каким-то монотонным невыразительным шепотом. Они, наверняка, опасались того, что я запомню их голоса, и предприняли меры предосторожности.
— Да, и тот человек, который приходил на причал за деньгами, тоже разговаривал шепотом.