— Я член одной великой семьи, которую создала Лили Лайт.
— Мейсон, ты употребляешь ее имя через слово, с тобой неудобно стало разговаривать — Лили да Лили. Она что, принимает за тебя решения?
— Ты почувствовал угрозу для своего авторитета? — с легким вызовом в голосе сказал он. — Раньше мы подчинялись только твоей диктаторской воле.
— Мейсон, ты несправедлив к отцу, он, действительно, очень сильно изменился за последнее время. Мне жаль, что ты этого не замечаешь.
— Извините, но я не хочу спорить.
— Я тоже, — сказал СиСи. — Я предлагаю тебе хорошо выспаться, а завтра утром поговорить обо всем на свежую голову.
— Да, да, — окликнула его София, — если мисс Лайт понадобится что-нибудь, то пусть она вызовет горничную.
— Нет, ей ничего не нужно. У Лили очень скромные запросы. Она живет, как настоящий пастырь. Благодарю вас.
— Ну вот и хорошо. Надеюсь, удобств, которые есть у нас в домике для гостей, будет вполне достаточно.
— Говорят, что вера может и горы сдвинуть, — насмешливо сказал он. — Попроси свою Лили переставить в нашем домике для гостей мебель с помощью веры.
— Это была шутка, Мейсон, всего лишь шутка. Не обижайся.
— Спасибо. Спокойной ночи, отец, — сухо сказал Мейсон и удалился.
— Шутка ему не понравилась.
— Да, ты был несколько не сдержан. Мейсон очень уважает Лили.
— А вот меня настораживает это рабское повиновение моего сына и эта внезапная перемена, произошедшая с ним. Я, конечно, допускаю, что с людьми может случаться всякое, но все это слишком подозрительно.
— Я не думаю, что она причинит ему вред.
— Надеюсь, — вяло сказал СиСи. — Может быть, я излишне подозрителен, но мне кажется, что Мейсон что-то затеял. Это, наверняка, какая-то игра.
— Какая игра?
— Пока не знаю. Мне сложно сказать. Вряд ли он доверяет этой женщине, которая как две капли воды похожа на Джину.
Последняя шутка сняла царившее напряжение и, расхохотавшись, София бросилась в объятия СиСи.
— Пойдем спать и поскорее, я уже едва стою на ногах.
В домике для гостей, где расположилась Лили Лайт, несмотря на поздний час, горел свет.
Громкие звуки рок-н-ролла доносились из стоявшего на окне приемника, в воздухе витали клубы табачного дыма. Тонкая струя искристой жидкости золотого цвета лилась из высокой зеленой бутылки в бокал на высокой ножке. Лили любила шампанское. В этом была еще одна черта, несомненно, объединявшая ее с Джиной.
Лили откинулась на спинку дивана и, глубоко затянувшись ментоловой сигаретой, стала наслаждаться французским шампанским.
— За тебя, Лили. Пусть все твои желания исполнятся, — обменявшись сама с собой тостом, улыбнулась она. — Ждать осталось недолго.
ГЛАВА 9