«Вряд ли это сможет послужить прямым доказательством причастности МакДугласа к гибели Шниффера, — подумал Тиммонс, профессионально оценив обстоятельства, изложенные девушкой, — это очень размыто… Мало ли кому еще могло прийти в голову покататься в то самое время, что и покойный старший юрист…»
— Но и это еще не все…
Кейт удивленно поднял брови.
— Что‑то еще?..
Кэтрин продолжала:
— Да…
— Что же?..
— Дело в том, что спасатель сумел рассмотреть в бинокль, что катер, который взял напрокат МакДуглас, на какое‑то время приставал к катеру Шниффера… Все это он рассказал Сэму — тот представился спасателю работником службы социального страхования, чтобы у того не возникало никаких лишних расспросов…
Кейт, вынув из кармана кассету, еще раз повертел ее в руках — будто бы таким образом мог узнать, что же именно записано на ней.
— Спрячь подальше и никому не показывай, — сказала Кэтрин. И еще, запомни: того спасателя зовут Майкл Дэвидсон. В конверт кассеты вложена его визитная карточка…
Вновь водворив кассету в карман, Кейт поднялся с земли и направился в сторону своей автомашины.
— Ну что — поехали?..
Кэтрин нехотя поднялась вслед за ним.
— Придется…
Спустя полчаса «мерседес» остановился у небольшого пункта автопроката — для поездки в Нью–Йорк девушка решила взять автомобиль в аренду.
— Значит, так, — она, быстро написав на клочке бумаги нью–йоркский телефон, протянула его Кейту. — Значит, так — недели через полторы позвони мне обязательно… Жаль, конечно, что у нас ничего не получилось с этой поездкой…
Кейт еще раз признал, что предыдущий план Кэтрин был просто замечателен — она решила, что в подобном положении лучше всего уезжать в Аргентину — страна эта большая, народу — много, так что там было легко затеряться… Тем более, что именно в этой стране никому из «Адамс продакшн» не пришло бы в голову их искать…
Попрощавшись с Кэтрин, Кейт еще раз пообещал спустя некоторое время связаться с ней по телефону. Спустя полчаса девушка ехала по вечерней трассе на взятом напрокат «плимуте»…
ГЛАВА 8
Кейт Тиммонс узнает о загадочной гибели Кэтрин Кельвин. Мистер Уолчик еще раз напоминает об обещании Кейта сотрудничать с ФБР. Тиммонс выполняет свое обещание, но не полностью. Рассказ спасателя Майкла Дэвидсона. Кейт обдумывает дальнейшие планы. Как поступить с аудиокассетой, полученной от Кэтрин Кельвин. Предложение Барби. Тиммонсом овладевает настоящая паника. Еще одна встреча с агентом Федерального Бюро Расследований, мистером Уолчиком.
Когда Кэтрин, наконец, уехала, Кейт почувствовал большое облегчение — в последнее время ему почему‑то все время казалось, что от этой девушки можно ожидать только несчастий — даже несмотря на ее необыкновенную, не свойственную возрасту рассудительность и умение ориентироваться в обстановке.
Последующие дни прошли для Тиммонса точно так же, как и предыдущие — с самого утра он отправлялся в офис, просматривал какие‑то бумаги, составлял юридические обоснования, ставил свои подписи на всевозможных документах… И мистер Харрис, и старший компаньон, мистер Адамс, были им довольны — во всяком случае, очень показательно это демонстрировали.
Иногда Кейт встречался и с Мак–Дугласом — тот, как всегда, вежливо улыбался и упредительно поздоровавшись, спрашивал о делах — будто бы ничего и не случилось. Однако Тиммонсу уже хорошо была понятна эта улыбка…
Однажды утром — дня через четыре после неудачной попытки улететь в Аргентину и отъезда Кэтрин в Нью–Йорк Кейт, развернув утренний выпуск «Чикаго трибьюн», увидел на первой полосе, там, где обычно публиковалась криминальная хроника, страшный фотоснимок — голова, отделенная от туловища — видимо, каким‑то сверхмощным взрывом…
Холодный пот прошиб Кейта — он узнал, кто это… Это была Кэтрин Кельвин — сомнений быть не могло.
Отложив газету, Кейт в оцепенении посмотрел на Барби.
— Что с тобой? — встревожилась та. Кейт тяжело вздохнул.
— Так, ничего…
Барби уже было известно о гибели дяди Сэма — она восприняла эту новость, как и должно любящей племяннице… Девушка проплакала тогда всю ночь, а на кладбище, во время похорон, дважды упала в обморок.
Внимательно посмотрев на своего мужа, она вновь спросила: