— Только что приехал мистер Фрауччи… Адамс пробормотал гостям:
— Одну минутку!.. — После чего быстро поднялся из‑за стола и направился в фойе.
Мистер Фрауччи был плюгавым пожилым человеком с огромной плешью — типичный итало–американец, каким их принято изображать в голливудских комедиях. Никто никогда бы не смог сказать, что это — обладатель многомиллионного состояния и один из руководителей огромной преступной организации, раскинувшей свои щупальцы от Атлантики до Калифорнии.
Вид у Руджеро был взволнованный.
— А, мистер Фрауччи!.. — воскликнул Адамс. — Очень рад вас видеть… Раздевайтесь, проходите…
Руджеро только отрицательно покачал головой.
— У меня кое‑что изменилось, Мик, — сказал он. — У меня большие неприятности… Боюсь, что вскоре они будут и у тебя…
Адамс очень серьезно посмотрел на собеседника и спросил:
— Что еще произошло? Разве нам и без того не хватает неприятностей?..
— Увы, но это так, — вздохнул Фрауччи. — Все наши люди уже арестованы…
— Я это знаю…
— Мне необходимо как можно скорее уехать из Соединенных Штатов. Да, и вот еще что…
Отозвав Мика в дальний угол, Фрауччи, оглянувшись по сторонам, будто бы его речь кто‑нибудь мог подслушать, наклонился к самому уху Адамса и начал что‑то говорить.
Старший компаньон слушал Руджеро с неослабевающим вниманием.
— Так я и знал, — произнес он упавшим голосом. — Так я и знал… Мне еще об этом говорил МакДуглас…
При упоминании о начальнике отдела безопасности лицо Фрауччи перекосилось.
— Ваш МакДуглас — просто безмозглый осел, — зашипел он.
— Значит, и его… тоже? — Адамс вопросительно посмотрел на собеседника.
— Да, и его…
Не попрощавшись, Фрауччи принялся торопливо одеваться.
— Мистер Фрауччи, значит, вы не остаетесь у меня?.. — спросил Адамс.
— Я же сказал, — у меня очень мало времени… Главное, Мик, сделай так, как я тебе сказал. Сейчас начнут шустрить всех поголовно — всех, кто имел к нам какое‑нибудь отношение… А лишние свидетели нам просто не нужны.
Голос Руджеро звучал очень категорично.
— Хорошо…
Пожав руку, Фрауччи произнес:
— Что ж, продолжайте веселиться… Если вы не исполните того, что я сказал, эта ваша вечеринка будет последней, мистер Адамс…
Спустя несколько минут Адамс вернулся к гостям. Достаточно было одного лишь беглого взгляда, чтобы убедиться, что старший компаньон «Адамс продакшн» чем‑то очень взволнован. Подойдя к Харрису, он произнес:
— Можно тебя на несколько слов?..
— Конечно!.. — Ответил тот, оторвавшись на минутку от тарелки.
Пройдя в кабинет, Мик тщательно закрыл за собой дверь и в нескольких словах пересказал то, что только что узнал от Руджеро.
— Так я и знал!.. — Воскликнул Харрис. — Продажная сволочь…
Адамс задумчиво покачал головой.
— Мы с тобой сами виноваты… Когда он начал интересоваться, как же погибли его предшественники, мы были с ним неоправданно мягкими…
— Тогда он был нам очень нужен, — попробовал оправдаться младший компаньон.
— Я понимаю…
— Что же теперь делать? А мы еще собирались отправлять этого человека в Швейцарию с таким… м–м-м… очень деликатным поручением…
На лице Адамса зазмеилась улыбка.
— А он поедет в Берн, — произнес он. — Обязательно…
Встревоженно посмотрев на своего компаньона, Харрис спросил:
— Для чего? Ведь Фрауччи распорядился… Мик быстро перебил своего собеседника.
— Он отправится туда… И не один, а с этим идиотом Мак Дугласом… Он действительно очень сильно наследил…
После этих слов Мик быстренько изложил мистеру Харрису свой план — тот слушал очень внимательно, пощипывая свою куцую бороденку, делавшую его так похожим на кинематографического мушкетера эпохи Ришелье.
— Ну, тогда совсем другое дело, — улыбнулся Харрис, когда Мик закончил. — Только оправданно ли это? Ведь столько жертв…
Адамс поморщился.
— В последнее время ты становишься излишне сентиментальным, — произнес он. — Бизнес — это та же война… И выигрывает ее только тот, кто будет тверд и безжалостен… Кроме того — это очень хороший, испытанный способ — во–первых, все можно будет списать на катастрофу, а во–вторых — никаких свидетелей…
После некоторого раздумья Харрис согласился.
— Только кто же тогда отправится в Швейцарию? — спросил он.
Адамс улыбнулся и произнес:
— Мы с тобой…
— А как же концерн, все остальное…