— Ура! Ура! Ура! — дружно на всю комнату закричали они.
Сестра Кейнор даже вздрогнула и испуганно выбежала из помещения.
СиСи Кэпвелл задержал Софию на лестнице.
— Давай все‑таки поговорим. София немного смягчилась.
— Ну что ж, давай, СиСи, поговорим, хотя мне уже не хочется этого делать, — София вернулась в гостиную. — Ты играл со мной.
— Вовсе нет, — ответил мужчина.
— Лайонел Локридж рассказал тебе о моей болезни, он рассказал тебе все и ты обо всем был осведомлен, но продолжал играть, продолжал лицедействовать. Ты продолжал играть даже после того, когда я тебе сама рассказала.
— Дорогая, но для меня это не имело ровно никакого значения.
— Это еще одна ложь! — резко бросила в лицо СиСи София. — Пока ты не услышал про мою болезнь, ты не хотел меня видеть.
— Ты не права, София, — немного виноватым голосом растерянно произнес СиСи, — ты не права. — Я думал, боялся… что‑нибудь должно было случиться, — СиСи прижал ладони к лицу.
— Наверное, ты думал, что я приду к тебе на поклон, — предположила София.
— Но теперь‑то, София, все кончено…
— Ты говорил это тысячу раз, — София рванулась, чтобы уйти.
— Но и ты, София, не всегда была со мной абсолютно честной.
София от этих слов остановилась и очень медленно повернулась к СиСи.
— Одну твою ложь звали Ченнинг и ты лгала мне двадцать лет. Что, это по–твоему, ерунда? — спросил СиСи Кэпвелл.
— Я хотела, я очень хотела тебе обо всем сказать, но ты, СиСи, сам все время обрывал мой разговор или уходил от него.
— И ты перестала мне об этом рассказывать, да? София, тебя еще удивляет, что я не могу справиться с нашими проблемами? — начал СиСи. — Но во всей этой истории единственным пострадавшим являюсь я — СиСи Кэпвелл, или ты так не считаешь?
София задумалась. Несколько мгновений СиСи и София молчали, глядя друг другу в глаза.
— Знаешь, София, ты мне была нужна тогда и очень нужна теперь.
Выражение лица Софии изменилось, горечь исчезла. Она стала спокойной и даже попыталась улыбнуться.
В гостиную сбежала Иден и своим присутствием прервала разговор Софии и СиСи.
На Иден были ярко–красное шелковое платье, синий пояс и такие же синие бусы. Она выглядела очень счастливой и довольной.
— Послушайте, и зачем это Рубан украшает бельведер? Мне кто‑нибудь может ответить? О, мама! — увидев Софию, радостно воскликнула Иден и бегом спустилась к отцу и к матери.
— Не только бельведер, но также и весь дом. Я решил устроить наш традиционный праздник по случаю Дня Независимости.
— Сегодня? — Иден с удивлением посмотрела на отца.
София смущенно опустила голову.
— Будет звучать музыка…, коктейли, танцы всю ночь, фейерверк… Надеюсь, ты, Иден, тоже придешь? — галантно пригласил свою дочь СиСи.
— Заманчиво, это очень заманчиво, — сказала Иден и повернулась к Софии. — Мама, а ты придешь?
Но вместо Софии ответил СиСи.
— Мама придет непременно и мы с ней подготовим для вас сюрприз — кое‑что скажем. Но это будет чуть–чуть позже, — СиСи пристально посмотрел в глаза Софии, как бы боясь, что она начнет противиться.
Иден с недоверием посмотрела на отца, потом на мать, наконец, лукаво усмехнулась. СиСи подмигнул дочери, та улыбнулась еще шире.
Когда Круз Кастильо вошел в "Ориент–Экспресс", Сантана уже сидела за столиком. Он ей улыбнулся как можно более ласково и положил на стол небольшую коробочку, украшенную шелковой ленточкой.
— Это тебе, — тихо, глядя прямо в глаза жене произнес Круз.
Сантана посмотрела вначале на мужа, потом на подарок, с каким‑то легким недоверием улыбнулась, протянула руку и взяла украшенную коробочку.
Наконец Сантана, как бы не решаясь, посмотрела на Круза.
"Можно открыть?$1 — взглядом спросила она. Круз понял вопрос.
— А ты попробуй угадать что там. Сантана задумалась.
— Ну, думай же, думай.
— Ой, я не знаю, должно быть, что‑нибудь очень красивое.
— Как сказать, может быть и не очень.
— Давай я открою, зачем ломать голову.
— Открывай, — сказал Круз. Сантана подняла крышку.
— Ой, ключи. Ключи от машины… Круз, это ключи от машины?
— Да, ключи от твоей машины.
— Ты купил мне машину?
— Да, я решил сделать тебе такой подарок, я считаю, что у моей жены должна быть хорошая машина.
Сантана буквально засветилась от счастья, она никак не ожидала от Круза подобного подарка.
— Ах, Круз, — восхищенным голосом произнесла Сантана, — ты так добр ко мне!
— Да ладно, не надо, — довольно улыбаясь ответил Круз.
Вздохам и ахам Сантаны положил конец официант. Он подошел, кивнул головой Крузу Кастильо, потом обратился к Сантане.