Хейли припала к груди Тэда, а тот ее крепко обнял. Что‑то почувствовав, Хейли выглянула из‑за плеча парня и встретилась взглядом с Джейн. Она вздрогнула, секунду стояла не двигаясь, а потом резко освободилась из объятий Тэда. Джейн, так же неслышно как открыла, захлопнула дверь.
— Тэд, — сказала Хейли.
— Что? Почему ты вдруг так отпрянула от меня?
— Я вспомнила, что должна срочно просмотреть объявления.
— Объявления? — изумился Тэд.
— Ну конечно, я просто забыла.
— По–моему, ты их уже просматривала.
— Да нет, это другие объявления.
Тэд так и не понял, в чем дело. Но песня уже кончалась, и ему нужно было идти к микрофону.
— Хорошо, тогда иди.
Девушка приоткрыла дверь студии и выскользнула в коридор. Прямо перед дверью стояла Джейн Вилсон. Она зло чертила ручкой на листе бумаги, под который был подложен пластик. Сверху эту конструкцию сжимал блестящий металлический зажим с острыми зубьями. Взгляд Хейли почему‑то остановился именно на этом зажиме. Он, словно бы символизировал в этот момент настроение Джейн — такая же скрытая энергия, которая может освободиться в любой момент, как в сжатой пружине.
Хейли ждала, что скажет ей Джейн. Но та все так же молча чертила ручкой на листе бумаги. Острие стержня продирало бумагу до дыр. Хейли осторожно прикрыла дверь студии и хотела уже было пройти мимо Джейн, но та остановила ее резким окриком:
— Обниматься в студии запрещено!
Хейли пришлось остановиться, но она решила ничего не предпринимать.
— Ну что? — спросила Джейн.
Хейли сперва не поняла смысла вопроса, правда, прозвучал он уже более сердечно, более по–человечески.
— Ты о чем, Джейн?
— Ну как, вы съезжаете?
— Да, — кивнула Хейли, — мы обсуждали условия.
Тэд обещал пылесосить квартиру, готовить еду, стирать белье.
Джейн от удивления даже открыла рот, но потом поняла, что Хейли над ней просто издевается. Она злобно тряхнула головой, стекла очков сверкнули:
— Это напоминает брачный контракт, — она еще раз презрительным взглядом смерила Хейли и отвернулась.
Но тут даже из‑за плотно прикрытых дверей студии донесся голос Тэда.
— Внимание! Диск–жокей объявляет SOS! Ребята, вы должны мне помочь.
Хейли устало опустилась на стул возле пишущей машинки. Джейн, которая уже собиралась уйти, замерла в ожидании. Обе они ждали, что же скажет Тэд в микрофон.
— Ребята, я подключаю все контактные телефоны. Найдите мне квартиру, иначе мне придется спать на улице, на скамейке в парке.
— Он сошел с ума! — прошептала Джейн Вилсон. А Хейли старалась не смотреть в ее сторону. Она не хотела, чтобы та заметила слезы радости в ее глазах.
Мэри Дюваль Маккормик нервно ходила по гостиной дома Кэпвеллов. София не торопила, она понимала, что ей нужно выговориться. Она не пробовала возражать, а только слушала.
— Ну зачем, зачем Мейсон так поспешил? — возмущалась Мэри, — прошло бы недели две и я сама разобралась бы с Марком и все бы ему объяснила. Хотя я понимаю Мейсона, ведь он думает, что это его ребенок, — в голосе Мэри послышалась дрожь, и София поняла, что сейчас самое время вступить в разговор, и она спросила о том, о чем и сама догадывалась раньше.
— Мэри, ты боишься, что это его ребенок?
— Да, я боюсь. Но вероятность очень мала, скорее всего, ребенок от Мейсона.
— Да, Мэри, теперь мне понятны твои опасения, ведь Марк может обратиться в суд с просьбой об опекунстве над ребенком.
Мэри кивнула головой.
— Да, София, именно так, этого я и боюсь.
— Но зачем Марку так поступать? Ведь навряд ли судьба ребенка очень уж волнует его.
— Да, ребенок ему безразличен, но этим он может отомстить Мейсону, — в глазах Мэри блеснули слезы.
София с пониманием посмотрела на свою собеседницу.
— Представь себе, у меня тоже была подобная ситуация перед самой операцией, — призналась София, — и моя медлительность едва не привела… — тут София сделала паузу, чтобы подобрать подходящие слова, — к весьма плачевным результатам, — наконец сказала она.
Мэри сделала над собой усилие и спросила, надеясь на отрицательный ответ:
— Неужели Мейсон все‑таки должен узнать об изнасиловании?
— Да, — кивнула София, — именно так, он должен будет узнать, иначе рано или поздно он узнает это от кого‑нибудь другого.
— Я боюсь.
— Но ведь Марк решит отомстить тебе в любом случае.
Мэри опустила взгляд. Ей не хотелось сейчас думать о плохом, но иначе не получалось.
— Нет, София, это невозможно, я никогда не смогу избавиться от чувства вины.