— Благодарю вас, благодарю! — с латиноамериканской экспрессивностью воскликнул он. — Мы уже не знали, что делать.
Тот офицер, с которым разговаривал Перл, вышел из каюты и направился на мостик. Второй, постарше, достал из заднего кармана форменных брюк блокнот и уселся за столик в каюте.
— Назовите, пожалуйста, ваши имена, — сказал он.
Беглецы перекинулись взглядами. Пауза несколько затягивалась, и офицер с некоторым недоумением взглянул на Мура.
— Итак, синьор? — вопросительно сказал он.
Перл молил бога, чтобы Мур не ударился в панику и не сделал какую‑нибудь глупость. Чтобы подбодрить приятеля, Перл, незаметно для офицера береговой охраны, мигнул Муру. Тот, слава Богу, сообразил, что нужно делать.
— Меня, меня зовут, — запинающимся голосом сказал он, — Оуэн Коэн.
Офицер испытывающе посмотрел на Мура, но, ничего не сказав, принялся записывать его имя и фамилию в блокнот.
— Мне не нравится мое имя, — добавил Мур ни с того ни с сего, — я хочу его поменять.
Перл сделал страшное лицо, и Оуэн тут же умолк. Офицер перевел взгляд на Перла. Тот с широкой улыбкой ткнул себя пальцем в грудь, как это делали индейцы при первых встречах с белым человеком.
— Леонард Келли, — представился он. — Таково мое имя.
Чтобы не было никаких неожиданностей с Келли. Перл сам представил ее:
— А это моя младшая сестренка, — ласково улыбаясь, сказал он. — У нее несколько необычное имя. Наверное, вы немного знакомы с английским языком, ее зовут Перл. Что в переводе означает «жемчужина». Она действительно настоящая жемчужина. Я ее очень люблю.
Офицер с улыбкой посмотрел на девушку и понимающе протянул:
— О да, я готов с вами согласиться. К сожалению, у меня никогда не было такой симпатичной сестры.
Но Келли даже не слышала, о чем идет речь. Перед глазами ее неотступно стояла одна и та же картина — пистолет в руке Дилана Хартли. Он достает его из кармана и направляет на Келли. Она пытается кричать, но крик застревает у нее в горле…
— Ну, что ж, господа, благодарю вас, — сказал офицер, закрывая блокнот. — Сейчас я присоединюсь к своему коллеге, и мы вместе осмотрим яхту. Я прошу вас не подниматься на мостик до тех пор, пока мы не закончим осмотр.
Перл лучезарно улыбнулся.
— Пожалуйста, синьор, яхта в полном вашем распоряжении. Вы можете делать с ней, что угодно. Мы будем находиться здесь, в каюте.
Офицер козырнул и направился к выходу из каюты. Когда офицер береговой охраны вышел на мостик, Перл повернулся к своим спутникам.
— Да, — озабоченно сказал он, — похоже, здесь мы застряли надолго. Эти ребята вряд ли упустят такую приятную возможность. Наверняка, им давно уже не приходилось копаться в таких шикарных яхтах. Тем более что места для поисков здесь вполне достаточно. Хотя, честно говоря, я надеюсь, что они все‑таки нам поверили. Ведь мы обошлись без документов, — улыбнулся он. — Будь у них какие‑нибудь серьезные подозрения, они бы мгновенно потребовали наши паспорта. Ну, ладно, будем надеяться на добрососедские отношения Мексики и Соединенных Штатов и благосклонное отношение их береговой охраны к нарушителям морской границы Мексики. Слава Богу, никакой контрабанды у нас нет.
Келли неподвижно смотрела куда‑то в сторону, а потом внезапно сказала:
— У Дилана был револьвер.
Перл ошеломленно умолк.
— Что?
Келли возбужденно взмахнула рукой.
— Я вспомнила, у Дилана был револьвер. Он достал его из кармана и начал угрожать мне. Ты понимаешь, что это означает? Я вспомнила, я вспомнила, почему я испугалась его. Он направил на меня револьвер и угрожал.
ГЛАВА 2
Сантана проявляет норов. Келли восстанавливает цепь событий. Неоправданный гнев Розы может лишь ухудшить ситуацию. Джина вновь вспоминает ремесло соблазнительницы. Доктор Роулингс направляется в Мексику.
Офицер привез Сантану в полицейский участок.
— Зачем вы меня сюда ведете? — нервно спросила она, поднимаясь по лестнице.
— Здесь вас должен осмотреть полицейский психолог, а потом уже, после его заключения, мы решим, что с вами делать.
Сантана умолкла. Полицейский офицер проводил ее в небольшую комнату, где на дощатом столе лежал сложенный пополам синий халат из грубой хлопчатобумажной ткани наподобие больничного.
— Вы можете переодеться здесь, — сказал полисмен.
Через несколько минут она вышла из комнаты, держа в руках свои вещи. Полицейский, который терпеливо дожидался ее в коридоре, в ответ на вопросительный взгляд Сантаны, махнул рукой куда‑то вправо.