Джина махнула рукой и со смехом сказала:
— Вздор! Сантана ни о чем таком сказать не сможет просто потому, что даже не подозревает. Я ни капельки не боюсь.
Тиммонс с сомнением покачал головой.
— Но это еще ничего не значит. Опытный врач сразу же поймет, в чем дело. Симптомы наркотического отравления налицо. Сантана, разумеется, будет отрицать употребление наркотиков. Сразу же встанет вопрос об экспертизе, и они неминуемо обнаружат, что препарат, прописанный Сантане, ничем даже и близко не напоминает то, что она употребляла.
Джина равнодушно махнула рукой.
— Я тоже буду отрицать, что имею к этому какое‑либо отношение. Кто сможет доказать, что я виновна? Не смеши меня, Кейт.
Тиммонс сморщился так, словно только что выпил не глоток превосходного французского шампанского, а прокисшее вино из погребов какого‑нибудь захудалого фермера.
— Но ведь Сантана привыкла к наркотикам, — с сожалением сказал он. — Меня это весьма удручает.
Джина с удобством расположилась в кресле напротив дивана.
— А ты не грусти, Кейт, — наслаждаясь шампанским, сказала она. — Впрочем, ты особо и не переживал, когда узнал состав этих милых таблеточек. Не исключено, что тебе на все наплевать. Но я склоняюсь к другой версии. Ты накачиваешь женщину наркотиками, а потом затаскиваешь ее к себе в постель.
Она так лукаво взглянула на окружного прокурора, что тот не выдержал и рассмеялся.
— Ты умна. Но почему ты, в таком случае, не богата? — въедливо заметил он.
Джина фыркнула.
— Очень странный переход. По–моему, ты стараешься уйти от основной темы.
Тиммонс со стойким упорством повторял:
— Ну, все‑таки, почему ты не богата?
Джина отпила еще немного шампанского и серьезно сказала:
— Вообще‑то я не имею дурной привычки доверять людям, но для тебя, так и быть, я сделаю исключение. Через две недели я буду миллионершей.
Тиммонс почти не отреагировал на это смелое признание.
— Неужели? У тебя купят оптом сразу три коробки печенья? — со скептической улыбкой поинтересовался он.
Джина оскорбленно отвернулась.
— Смейся, смейся, Кейт. Но это будет совсем не смешно, когда я добьюсь успеха. Присоединяйся, если хочешь заработать большие деньги, а не потертые штаны государственного служащего и крохотную пенсию.
Улыбка окружного прокурора приобрела кислый оттенок. Очевидно, замечание о протертых штанах государственного служащего попало в точку. Перспектива провести свои лучшие годы на конторском стуле не слишком‑то прельщала его. Однако жизнь приучила Тиммонса к тому, что к своей цели лучше подбираться осторожно, мелкими шагами, не пытаясь прибегать к тактике больших скачков. Он уже твердо уяснил, что чем выше и сильнее прыжок, тем больнее падать.
— Джина, ты строишь неосуществимые планы, — с некоторым сожалением сказал он, поднимаясь с дивана. Кстати, а как ты собираешься вернуть себе Брэндона? У тебя есть какие‑нибудь идеи? Мне очень хотелось бы узнать.
Джина, ничуть не смутившись, тут же ответила:
— Это решение будет принимать СиСи, хотя мне уже и сегодня известно, что он ответит. В общем, эта проблема меня уже не интересует. Я думаю, она будет сразу же решена. Никаких препятствий на этом пути возникнуть не должно.
Тиммонса это сообщение почему‑то не обрадовало. Он прохаживался по гостиной с довольно унылым видом.
— Насколько я понимаю, СиСи не отдаст тебе ребенка.
Джина самонадеянно махнула рукой.
— СиСи посоветуется с Брэндоном. И я уверена, что мальчик вернется ко мне, когда узнает, что Сантана — наркоманка и преступница.
Тиммонс посмотрел на нее как на сумасшедшую.
— Ты собираешься рассказать ему правду?
Джина гордо вскинула голову.
— А почему бы и нет? Брэндон имеет право знать обо всем, что происходит за его спиной.
Тиммонс отрицательно покачал головой.
— Но Сантана была хорошей матерью.
Джина едва не задохнулась от возмущения.
— Сантана — не его мать, — резко заявила она. — Я вырастила и воспитала мальчика. Именно мне он обязан всем.
Тиммонс осторожно заметил:
— Не забывай о том, что и после тебя в его жизни было много событий. Сантана и Круз стали ему настоящими родителями.
Джина брезгливо поморщилась.
— Неужели мы будем целый вечер говорить о Сантане? Я — деловая женщина и пришла сюда совершенно не за этим. Я совершенно не намерена попусту терять время.