Тиммонс рассмеялся.
— Думаю, что это была бы занятная картина. Мне только интересно, какую часть своего тела ты прятала бы в первую очередь?.. То, что сверху или то, что снизу?.. Что для тебя более ценно?
Джина удрученно махнула рукой.
— Я не делю себя на верхнюю и нижнюю половины. И вообще, почему они до сих пор ее не поймали? Черт знает что творится! Прошло уже полдня с тех пор, как Сантана, вооруженная револьвером, разгуливает по городу, задумав неизвестно что! Она уже два раза пыталась меня убить… А ты до сих пор молчишь!.. И мне запретил говорить об этом. Почему я должна скрывать, что на меня как на свидетеля было совершено нападение? Это, наоборот, развязывает ей руки и доказывает нашу виновность. Мы же должны сейчас трубить тревогу на каждом углу, бить в барабаны, поставить на ноги каждого полицейского и прочесать всю Санта–Барбару!.. Она же маньячка, и ты сам это прекрасно знаешь.
Тиммонс лениво отмахнулся.
— Вся полиция и так поставлена на ноги, — после громкого зевка сказал он. — Об этом позаботился никто иной, как муженек Сантаны. Ей не удастся скрываться долго. Где она может прятаться? Ну, разве что в каком‑нибудь заброшенном доме или в камнях на пляже… Вот и все. Не бойся. У нас слишком небольшой городок, чтобы она смогла долго остаться незамеченной. У Сантаны нет никаких шансов. Тебе нужно только немного потерпеть.
Джина скривилась.
— Мне? Почему это только мне? Ты думаешь, что тебя она уже навсегда оставила в покое? То, что она сбежала из твоего дома, еще ничего не значит. Через пять минут ей могло что‑нибудь стукнуть в голову, и она начнет охотиться за тобой точно так же как и за мной.
Тиммонс равнодушно отмахнулся от Джины.
— Да перестань ты трястись! В третий раз Сантана не станет на тебя покушаться.
Джина мрачно усмехнулась.
— Я завидую твоему оптимизму, Кейт. Но, к сожалению, мне никак не удается убедить себя в том, что я теперь нахожусь в полной безопасности. Я вздрагиваю каждый раз, когда кто‑нибудь проходит у меня за спиной. Думаешь, это очень приятно?
Окружной прокурор тяжело вздохнул.
— Джина, ты могла бы помолчать? Из‑за тебя даже музыки не слышно… Не говоря уже о том, что я пропускаю множество интересных событий, которые происходят прямо перед моими глазами…
Джина оскорбленно подняла голову.
— Ты называешь событиями эти мелькающие задницы? Кейт, ты дождешься, что я на тебя обижусь.
Возбужденное поведение Джины не осталось незамеченным. Круз, который стоял вместе с Иден у стойки бара, с подозрением сказал:
— Иден, тебе не кажется, что эти двое как‑то странно себя ведут?
Иден бросила пристальный взгляд на Джину.
— Почему ты так думаешь? По–моему, они всегда в таком состоянии. Тем более, что в данной ситуации этому вряд ли можно удивляться. Сам понимаешь, что побег Сантаны не мог обрадовать ни Джину, ни Кейта. К тому же, у нее в руках пистолет. Кому это понравится?
Но Круз хмуро покачал головой.
— Нет. Я совсем не об этом. Похоже, что они знают значительно больше, чем хотят показать. Посмотри на их лица. Они явно напуганы. Наверняка, им известно значительно больше.
Иден удивленно посмотрела на Круза.
— Что ты имеешь в виду?
Круз по–прежнему с подозрительностью смотрел в сторону окружного прокурора.
— Я думаю, что им очень много известно о Сантане. И вообще обо всем остальном…
Круз не успел рассказать Иден обо всех своих подозрениях, потому что в следующее мгновение на танцевальную площадку с револьвером в руке выскочила Сантана.
Она возбужденно размахивала оружием и громко кричала:
— Всем оставаться на своих местах! Если кто‑нибудь шевельнется — я нажму на курок!
Сначала она направила ствол пистолета на Джину, которая перепуганно закрылась сумочкой. Но в следующий момент, заметив боковым зрением, как стоявший у стойки бара Круз двинулся навстречу ей, Сантана перевела оружие на него.
— Ни с места, Круз! Иначе, я буду стрелять!
— Успокойся, — тихо сказал он. — Никто не хочет причинить тебе вреда, опусти пистолет.
Сантана в истерике закричала:
— Не подходи ко мне! Не подходи! А не то я выстрелю!..
По тому, что она отвела назад боек в револьвере. Круз понял, что это не пустые слова.
ГЛАВА 6