Она зло усмехнулась.
— Какое счастье может быть без моего сына? Он — единственное, что у меня есть в этой жизни. А его у меня отобрали. Я не могу без него жить.
Мейсон голосом проповедника продолжал:
— Когда лишаешься близкого человека, кажется, что жизнь кончается, но это не так. Жизнь сильнее.
Она упрямо повторила:
— Нет, без Брэндона я не могу жить. Ты не представляешь, как он мне нужен.
Он посмотрел на нее просветленным взглядом.
— Я все понимаю, Сантана. Ты напрасно думаешь, что это не так. Помнишь, я же именно поэтому хотел на тебе жениться.
Голос ее дрогнул.
— Надо было сделать это… Мейсон! — воскликнула она. — Почему я не вышла за тебя замуж? Тогда всего этого не было бы.
Он взирал на нее с таким спокойствием, что Круза пробрала дрожь. В такой ситуации, когда ему прямо в грудь упирался ствол револьвера, Мейсон вел себя, словно не испытывал ни малейших признаков страха.
— Не жалей ни о чем, Сантана, — тихо сказал он. — Ты себя слишком терзаешь. Лучше начни все сначала. И прямо сейчас. Дай мне пистолет.
Он протянул к ней руку, и она снова отскочила назад.
— Нет, не подходи!
Круз обеспокоенно воскликнул:
— Мейсон, не трогай ее! Она сейчас может сделать все, что угодно.
Мейсон уверенно улыбнулся.
— Она мне ничего не сделает.
Он уже почти забрал пистолет из ее рук.
— Спокойно, Сантана, спокойно. Все будет хорошо.
Глаза ее вдруг блеснули свирепым огнем.
— Стой, — сквозь зубы проговорила она. — Не подходи. Еще одно движение, и я выстрелю.
ГЛАВА 9
Старость не помеха любви. Хромота украшает женщину. Чудеса еще возможны. Круз испытывает глубокое раскаяние. Грызня в банке, наполненной скорпионами. Джина обхаживает Мейсона.
СиСи и Софию никто не мог найти потому, что они сами этого не хотели.
Ничего не зная о происходящем, они уединились в одном из номеров отеля «Кэпвелл», чтобы подарить друг другу радость любви — пусть и запоздалой.
СиСи, сбросив пиджак, опустился на широкий кожаный диван.
Рядом стоял маленький круглый столик с цветами в хрустальной вазе. В огромном зеркале, занимавшем почти всю противоположную стену, он увидел отражение полуобнаженной фигуры Софии, которая только что вошла в комнату.
Она опустилась рядом с ним на колени. Затем аккуратно расстегнула пуговицы ему на рубашке и с ласковой истомой провела рукой по его груди.
— Тебе здесь нравится? — полуприкрыв глаза, спросил он.
София начала целовать его.
— Да, конечно… — жарко шептала София.
СиСи принимал ее ласки с каким‑то величавым спокойствием, словно турецкий султан, который наслаждается нежностью одалиски.
Ни на секунду не отрываясь от его груди, она преданно посмотрела ему в глаза.
— Почему ты такой молчаливый сегодня?
СиСи медленно покачал головой.
— Я не молчаливый, я просто поражен тобой и всем этим, я никак не могу прийти в себя.
— Это прекрасно… — шепнула она и снова, обвив руками его шею, припала к его губам.
Спустя несколько мгновений, когда они оторвались друг от друга, София запрокинула голову и тихо прошептала:
— Я люблю тебя. Я знаю, что и ты любишь меня.
СиСи улыбнулся.
— Ты угадала. Именно для того, чтобы ты поняла, как я люблю тебя, мы приехали сюда и спрятались от всего мира. Я никого не хочу видеть и слышать. Сейчас у меня есть только ты.
София задумчиво гладила его по лицу.
— СиСи, а ведь ты лукавишь!.. Я знаю, что твое чувство нельзя назвать просто любовью. Ты хочешь сделать меня своей рабой… Может быть, мне поухаживать за тобой? Что мне для тебя сделать, скажи?..
Она начала стаскивать с него рубашку. СиСи понял, что не может не принять такую просьбу. А потому по–королевски капризно сказал:
— Я сегодня ужасно устал… Эти туфли невыносимо жмут…
София с готовностью опустилась на пол и, демонстрируя полное удовлетворение от того, что происходило, стала медленно разувать СиСи.
Затем она снова припала к его груди и, спустя несколько мгновений, тонкая шелковая рубашка лежала на полу. За ней последовали ремень и брюки.
В жадном порыве страсти они впились поцелуем в губы друг друга. Испытав горячую трепетную страсть, они опустились на диван, целиком отдавшись друг другу.
— София, родная… Только не теряй рассудок… — спустя несколько мгновений прошептал СиСи.
Но она уже почти не слышала его.
— У меня мутнеет разум. Я хочу почувствовать все. И поскорее…
— Теперь мы будем вместе всегда. Я никогда не отпущу тебя ни на одну минуту. Больше для меня никто не существует. Только ты…