— Но ведь ты пригласил журналистов на ужин в дом отца?
Мейсон с легкой иронией заметил:
— Вот они и поужинают. Думаю, что это будет весьма любопытное и занятное зрелище.
Лили рассмеялась.
— Не хотела бы я оказаться там в то время, когда твой отец придет в свою столовую и увидит там толпу журналистов…
— Да? — мягко улыбнулся Мейсон. — А вот я бы хотел… В глубине души я даже немного сожалею, что мы пропускаем это шоу.
Мейсон взял Лили под локоть и провел в зал.
— Подожди меня здесь. Это займет не больше, чем пару минут. Я только переговорю с метрдотелем насчет столика.
В ожидании Мейсона, который исчез за боковой дверью, Лили прошлась по залу. Увидев Джину, она смерила ее внимательным взглядом.
— Ты знаешь, — щебетала Джина племяннице, — носить фамилию Кэпвелл не только приятно, но и полезно. Хороший столик в хорошем ресторане — это очень важная штука.
Хейли тем временем задумчиво листала папку с меню. Джина решила подбодрить племянницу.
— Эй–эй, девочка, не кисни!.. — с легким сарказмом воскликнула она.
Хейли рассеянно махнула рукой.
— Извини, Джина. Сегодня вечером я чувствую себя как никогда потерянной.
Джина с неудовольствием посмотрела на Хейли.
— Если бы я хотела поужинать с зомби, я пригласила бы сюда Сантану. Ты меня совсем не слушаешь. Алло, что происходит?..
Внимание Хейли было целиком поглощено женской фигурой в ослепительно белом платье, которая неслышно возникла рядом с их столиком.
Это была Лили Лайт.
Не замечая ее, Джина ткнула пальцем себя в грудь, пытаясь привлечь внимание племянницы.
— Эй, Хейли! Ты куда смотришь? Я здесь — женщина на трех ногах, пострадавшая из‑за этой несчастной потаскушки… — с мрачным юмором произнесла она.
Однако, у Хейли был такой растерянный вид, что Джине поневоле пришлось обернуться.
— Привет, — с милой улыбкой сказала Лили. Джина брезгливо поморщилась и отвернулась.
— Опять ты? — ухмыльнулась она.
Враждебный тон ее голоса не оставлял никаких сомнений относительно настроения Джины по отношению к своему белоснежному антиподу.
— Какая у вас красивая дочь! — с невероятной проницательностью заметила Лили Лайт.
Джина не упустила случая съязвить по этому поводу.
— Я не настолько стара, как вам кажется, милочка. А это — моя племянница. Ее зовут Хейли.
Лили тут же радостно улыбнулась.
— А меня зовут Лили Лайт. Очень рада познакомиться с вами, Хейли.
— Я тоже, — скромно кивнула девушка и опустила глаза.
По ее внезапно загоревшимся щекам нетрудно было догадаться, что она испытывает по отношению к Лили Лайт чувство, близкое к почтению.
В зале ресторана, наконец, вместе с метрдотелем появился Мейсон. Увидев Лили, стоявшую возле столика Джины Кэпвелл, он направился туда.
— Что? Вербуешь в свои ряды новых сторонников? — спросил он с улыбкой.
— Уж если она умудрилась завербовать тебя, Мейсон, — съехидничала Джина, — то, наверное, и Гитлера смогла бы увидеть среди своих учеников.
Мейсон почти не отреагировал на это замечание.
— Я думаю, что среди ее сторонников могла бы оказаться и ты, — спокойно сказал он.
Джина едва не расхохоталась.
— А вот это вряд ли! Я нравлюсь себе такой, какая я есть, и не собираюсь поступать так, как хочется другим.
Мейсон покачал головой.
— Очень жаль… — с сожалением сказал он. — Лили, идем. Наш столик уже готов.
Лили направилась следом за ним. Проходя мимо Хейли, она сказала:
— Рада была с тобой познакомиться. У тебя доброе лицо. Надеюсь, что мы еще встретимся.
— До свидания… — пораженно прошептала Хейли и обратила свой взгляд к Джине. — Послушай, ты не обращала внимания на то, как поразительно вы с ней похожи?
Джина посмотрела на племянницу как на несмышленыша, до сих пор питающегося молочком из бутылочки.
— По–моему, это не служит для нее оправданием, — едко заметила она. — И, вообще, эта дамочка вызывает у меня подозрения. Кому это могло прийти в голову назвать ее проповедницей? Кто ей вообще может верить? Я не понимаю, почему у нее нет своего шоу на телевидении? У других проповедников есть… Наверное, она какая‑то ненастоящая. Я думаю, что они с Мейсоном что‑то задумали. И я буду не я, если не выведу их на чистую воду!.. Это, наверняка, какая‑то проходимка. А то, что она вытворяет вокруг этого плавучего казино, толкает меня на мысль о том, что ее интересуют капиталы семейства Кэпвеллов. Не зря же она прилипла к Мейсону как лимфатический пластырь? Похоже, ее теперь не отодрать. А этот дурачок и рад стараться. А может быть, она проявляет какие‑нибудь чудеса сноровки в постели? Было бы очень любопытно узнать об этом…