— Это вы сделали это! — закричала она. — Вы убили Брайана!
Уитни растерянно вертел головой:
— Элис, что с тобой?
Она вновь увидела перед собой лицо доктора Роулингса.
— Тебе никто не хочет зла, Элис, пойдем, пойдем.
— Нет! — снова дико заверещала Элис. — Вы убили Брайана! Вы оставили его в церкви умирать, а я вам помогла, я позволила вам это сделать.
Она забилась в конвульсиях и, обхватив руками голову, съехала вниз по стене.
Часы в зале ресторана «Ориент Экспресс» показывали начало девятого, когда Лили Лайт решила закончить ужин.
— Я думаю, нам пора расплатиться и покинуть это гостеприимное место, — сказала она, обращаясь к Мейсону.
Тот удивленно поднял глаза.
— Почему? Ведь еще больше часа до начала демонстрации?
— Нам пора ехать, настойчиво сказала она. — Я хочу оказаться в казино пораньше любопытных журналистов.
Мейсон понимающе кивнул.
— Ну что ж, хорошо.
Он поднял руку и подозвал официанта:
— Том, подойди к нашему столику.
Когда тот вежливо подал счет, Мейсон расписался на листке бумаги и вернул его официанту. Тот мгновенно удалился.
— Судя по твоим блестящим глазам, — сказал Мейсон, — ты любишь драку.
Она возбужденно кивнула.
— Да, люблю. Я думаю, что сегодня нас ожидает настоящая решительная схватка. И я уверена, что победа будет на нашей стороне. Эта уверенность придает мне силы
Джина, которая немного отяжелела от выпитого и съеденного, на время потеряла интерес к Лили Лайт и продолжала учить жизни племянницу:
— Ты должна побеждать всех своих врагов их же оружием, это единственный способ борьбы, который я принимаю.
Хейли хмуро покачала головой.
— Нет, я в эти игры не играю.
— А ведь игры могут быть забавными! — воскликнула Джина. — Особенно если знаешь, как выиграть. Я, бывало, срывала банк.
—Это совсем другое, — возразила Хейли. — К тому же, вспомни, чем заканчивались все твои игры.
Глаза Джины засияли, как алмазы.
— Я верну себе СиСи, — торжественно заявила она, — это лишь вопрос времени. Мне не помешают даже эти никелированные палки.
Хейли горько усмехнулась.
— Не обманывай себя. СиСи никогда не вернется к тебе. Времена, когда ты могла повелевать им, давно закончились.
Джина с улыбкой махнула рукой.
— Не загадывай наперед, поживем увидим. А ты еще должна поучиться у меня кое–чему.
Хейли опустила глаза.
— Нет, наверное, мы все‑таки не поймем друг друга, я не могу поступать также, как и ты.
Джина с сожалением посмотрела на племянницу.
— Тогда не вини меня, если станешь проводить время в исключительно девичьем обществе.
Хейли едва не расплакалась и, схватив сумочку, вскочила из‑за стола.
— Джина, я пойду. Мне больше не хочется выслушивать твои поучения, я тебе позвоню завтра… Или послезавтра.
Она выскочила из зала, оставив Джину в одиночестве. Поскольку никто из присутствующих в зале не проявлял к ней явного интереса, Джина решила последовать примеру племянницы. Она не без труда встала из‑за столика, сунула подмышку костыли и стала медленно продвигаться к выходу.
Оживленный возглас Лили Лайт заставил Джину повернуть голову.
— Мы все время пересекаемся, — воскликнула проповедница, — это, наверное, судьба.
— Или невезение, — хмуро констатировала Джина.
Закончив ужин, Лили Лайт и Мейсон также покидали ресторан.
— Будь полюбезнее, Джина, — довольно мрачно сказал Мейсон. — Твой тон мне не нравится.
Джина вскинула на него гордый взгляд.
— Раньше ты меня никогда об этом не просил.
— Я изменился, — сказал Мейсон подчеркнуто вежливым тоном.
— Это заметно, — едко парировала Джина.
— И тебе следовало бы.
— Я в этом не уверена, — с ехидной улыбкой заявила Джина.
Лили торопливо взглянула на циферблат часов, висевших на стене в зале.
— Нам пора идти, Мейсон.
— Что, наступило время ставить Мейсону пиявки? — саркастически заявила Джина. — Торопитесь, а то у него, наверное, начинается очередной приступ.
С потугами на приветливость Лили сказала:
— Надеюсь, что мы когда‑нибудь станем друзьями, Джина.
— Сомневаюсь, — ухмыльнулась Джина. — Если мне понадобятся друзья, то я вступлю в клуб.
Демонстрируя явное намерение закончить разговор, Джина повернулась на костылях, а затем, обернувшись, бросила через плечо: