Это было Перлу на руку. Ему совершенно не хотелось сейчас попадаться на глаза кому‑либо из своих знакомых.
Наконец, в зале появился метрдотель с двумя большими пластиковыми коробками.
— Ваш заказ.
Перл протянул ему две двадцатки и, загрузившись продуктами, уже собирался уходить, когда неожиданное появление в зале Кортни Кэпвелл заставило его потрясен но застыть на месте.
— Вот черт, — пробормотал Перл отворачиваясь. — Что она здесь делает?
Увидев Перла, она неуверенным шагом направилась к нему. Растерянность обоих была столь велика, что они оба забыли поздороваться.
— Ты… Ты уже уходишь? — безнадежно глядя ему в глаза, прошептала Кортни.
Он с виноватым видом пожал плечами.
— Да, мне пора.
Разговор не клеился, потому Перл обратился к другой теме:
— Как ты прекрасна, Кортни, в этот прекрасный, светлый и радостный день, – сделав большие глаза, сказал он. — Мы так давно не виделись, что я уже стал забывать твое лицо.
Разумеется, это не могло понравиться ей.
— Вот как, — грустно протянула Кортни.
Перл понял, что сделал глупость и поторопился исправить ошибку, но было уже поздно.
— Кортни, я хотел сказать… — все с той же виноватой улыбкой начал он.
Однако она резко оборвала его:
— Не надо, Перл. Я поняла, что ты хотел сказать. Думаю, что теперь не стоит извиняться.
Он умолк, низко опустив глаза. Эта случайная встреча привела обоих в такое смущение, что, наверное, лучше было бы сразу расстаться.
— Дядя СиСи сказал мне, что ты в городе, а Келли уехала, — нерешительно произнесла Кортни. — Я даже не знала о том, что ты вернулся.
Он не нашел ничего другого, как пожать плечами:
— Да.
Отчуждение, царившее между ними было столь велико, что помимо воли Кортни, на глазах у нее проступили слезы. Она понимала, что Перл отдалился от нее на столько, что восстановить существовавшие между ними отношения будет почти невозможно. К тому же, она была совершенно уверена в том, что Перл и Келли испытывают по отношению друг к другу совершенно определенные чувства. И места в сердце Перла уже для нее наверняка не осталось. Это и приводило ее в такое отчаяние.
Правда, в глубине души она еще надеялась что‑то вернуть. Наверно, потому и продолжала этот разговор:
— Так, что Келли не звонила? От нее не слышно ничего? — с плохо скрытой надеждой спросила она.
На сей раз у Перла вообще не нашлось никакого ответа. Он стоял словно истукан, теребя в руках коробки с продуктами и не решался ничего сказать. Кортни пришлось ответить за него:
— Дядя СиСи ничего не говорит, но я знаю, что он спрятал ее куда‑то до того времени, когда удастся найти доказательства ее невиновности. Странно, что ты не с ней.
На сей раз Перл, наконец, собрался с силами:
— А почему я должен быть с ней? — не слишком уверенно сказал он. — У меня и здесь еще достаточно дел.
Она решила, что этот разговор становится слишком тягостным, а потому, без обиняков спросила:
— Ты специально скрывался от меня. Перл?
Он почувствовал, как краска стыда заливает его лицо. Когда вопрос задается так откровенно, на него нельзя не ответить.
— О, прости меня, — опустив глаза еле слышно произнес он. — У меня не было возможности позвонить тебе, хотя и следовало…
Он подался вперед, чтобы слова его были более убедительны, однако Кортни тут же решительно отступила в сторону.
— Ты хочешь сказать, что был занят? — со злой иронией спросила она.
Перл что‑то пролепетал, пытаясь объясниться, однако она его уже не слушала. Выхватив из сумочки сложенную пополам газету, она развернула ее и сунула ему под нос.
— Ты видел это?
Газетная статья в «Санта–Барбара Экспресс», снабженная заголовком «Из психиатрической клиники исчезла пациентка» сопровождалась крупным снимком Элис.
Перл тяжело вздохнул и отвернулся.
— Конечно видел. Именно об этом я и хотел поговорить с тобой. — Он подозрительно оглянулся по сторонам. — Но только не здесь, иначе нас с тобой ждут неприятности. Думаю, что нам не стоит здесь задерживаться.
Сунув газету себе подмышку и кивком головы пригласив Кортни следовать за ним. Перл направился к двери. Однако, у порога он наткнулся на окружного прокурора, который смерил Перла подозрительным взглядом и, с ехидной улыбочкой на устах, произнес:
— Доброе утро.
Перл тут же сделал глупое лицо.
— А, здравствуйте, — с идиотской улыбкой на устах воскликнул он. — Мистер окружной прокурор, если я не ошибаюсь.