Мисс Ходжес испуганно попятилась назад, выпуская Кастильо и Уитни из палаты.
— Пойдем, Пол, — сказал Кастильо, — надо срочно связаться с Бостонской полицией, они должны выяснить, где находится доктор Роулингс и постараться опередить его. Боюсь, чтобы он уже не наделал там дел.
Они быстро зашагали но коридору. Сестра Ходжес злобно сверкнула глазами, но не осмелилась ничего сказать. Резко хлопнув дверью, она покинула палату.
Круз спустился в вестибюль клиники, где его с нетерпением ожидал помощник.
— Ну что, ты дозвонился до Бостона? — спросил Уитни.
Круз кивнул.
— Да, я разговаривал с их шефом полиции. Он обещал немедленно послать людей, чтобы они обыскали церковный подвал. Хорошо, что ты запомнил название этого собора, Норд–Кумберленд–Черч.
— Да, да, — подтвердил Уитни. — Элис назвала именно эту церковь. Она расположена в районе Северной Санглент.
— Надеюсь, что они успеют вовремя, — задумчиво промолвил Круз. — Хотя меня не покидает какое‑то неприятное ощущение, как бы мы не опоздали…
— Что будем дальше делать? Круз пожал плечами.
— Не знаю, надеюсь, что они схватят доктора Роулингса прежде, чем он сможет добраться до Перла и Кортни.
С этими совами Кастильо отвернулся и, озабоченно потирая подбородок, прошелся по мраморному полу вестибюля.
— Круз, тебя еще что‑то беспокоит? — с сомнением посмотрев на шефа, спросил Уитни.
Кастильо не сразу ответил, озадаченный вопросом Пола. Он, казалось, раздумывал и, наконец, произнес, запинаясь:
— Ты… я… У тебя было когда‑нибудь ощущение, как будто вся твоя жизнь пущена под откос?
Уитни беззаботно улыбнулся.
— Моя жизнь? Нет, мне незнакомо это чувство, в отличие от тебя.
Он сложил руки на груди и с сочувственной улыбкой посмотрел на Кастильо. Круз оглянулся и, не скрывая горечи, проговорил:
— Наверное, тебе смешно?
Пол тут же сделал серьезное лицо.
— Да нет, в этом нет ничего смешного. Извини, я совсем не хотел обидеть тебя.
Круз грустно усмехнулся.
— Спасибо тебе, дружище.
Уитни церемонно поклонился.
— Не за что. Тебя огорчает, что и ты не лишен человеческих слабостей?
Молчание Кастильо свидетельствовало о том, что слова Уитни совсем недалеки от истины.
— Что ж, Круз, я думаю, что тебе не стоит горевать по этому поводу, — продолжал он. — В конце концов, ты не железный механизм, а живой человек со своими бедами и радостями. Разве можно смеяться над этим или осуждать кого‑то за проявление нормальных человеческих чувств?
На сей раз Кастильо ободрение улыбнулся.
— Обычно ты несешь всякую чушь, Пол, однако на сей раз попал в самую точку, — добродушно сказал он.
— Поверь мне, — подхватил Уитни, — не забывай о том, что рядом с тобой есть те, кто готов разделить с тобой твои радости и печали. Не грусти, все будет в порядке. Я знаю, что мучает тебя. Наверное, тебе не дает покоя то, что случилось в последние недели. Тебя нетрудно понять — жена угодила под суд, в личных делах полная неразбериха, а тут еще вечные придирки окружного прокурора, да и пресса, по–моему, стала посматривать на тебя искоса. Кстати, тебя не беспокоит появление в нашем городе этой новоиспеченной миссии в юбке?
Круз пожал плечами.
— Я и не знаю, как к ней относиться. Пока что она не нарушает никаких законов. На все демонстрации получены официальные разрешения в муниципалитете, а мелкие нарушения закона, вроде появления в плавучем казино СиСи Кэпвелла… — он пожал плечами, — ну что ж тут скажешь? Пока что у нас нет формального повода выдворить ее из Санта–Барбары. Однако ни в коем случае нельзя спускать с нее глаз.
— Меня особенно волнуют ее фанатичные поклонники, — произнес Уитни. — По–моему, в этой борьбе против казино они начинают прибегать к запрещенным приемам. Во всяком случае, нам бы следовало официально предупредить ее о недопустимости подобных действий.
— Я уже разговаривал с ней по этому поводу. Она проявила — во всяком случае на словах — готовность к тому, чтобы принести публичные извинения перед Бриком Уоллесом, управляющим казино, хотя и заявляет, что невиновна в этом. Я не слишком склонен ей верить, но если она действительно сделает подобный жест доброй воли, то придраться нам будет не к чему. Конечно, меня беспокоит то, что спокойствие в нашем городе нарушено, однако пока будем ждать. Мы имеем право вмешиваться только там, где явно нарушается закон.
— А не явно? — полюбопытствовал Уитни. Круз на мгновение задумался.
— Вот это уже не входит в нашу компетенцию. Если она соблазняет кого‑нибудь из своей паствы, то лишь Бог может быть ей судьей.