Упоенный словоблудием, Роулингс ослабил внимание, и его рука с пистолетом стала понемногу опускаться вниз. А вот Кортни, для которой это было вопросом жизни или смерти, мгновенно сообразила, что можно сделать. Закатив глаза и подогнув колени, она стала шататься из стороны в сторону, хватая ртом воздух.
— Доктор Роулингс, здесь очень душно, мне нечем дышать, — вскрикнула она. — Так кружится голова. О, боже!
Она резко ударила его по руке и выбила пистолет.
Отшвырнув в сторону кувалду, Перл бросился к упавшему на пол оружию. Роулингс сделал то же самое. Они катались по полу, пытаясь отбросить друг друга от пистолета, а Кортни, в ужасе закрыв глаза, прижалась к стене. Спустя несколько секунд раздался отчаянный крик Перла и грохот выстрела.
— Погоди, я немного устала, — тихо промолвила Жозефина Тиммонс, обессиленно откидываясь на подушку.
— Да, да, конечно, — торопливо сказал Кейт, — отдохни. Тебе нужно беречь силы, они еще пригодятся.
Пока она отдыхала, закрыв глаза, Тиммонс прошелся по палате и остановился рядом со столиком неподалеку от изголовья. Рядом с пузырьками и упаковками лекарств стояла небольшая фотография в металлической рамке. На ней была изображена молодая красивая девушка в купальном костюме.
Кейт поднял снимок и внимательно посмотрел на него. Вместе с фотографией на столике возвышался небольшой позолоченный кубок с фигурой пловца.
— Ты помнишь Кэтти? — неожиданно отозвалась бабушка.
Кейт горько покачал головой.
— Как я могу забыть о ней? — с сожалением сказал он. — Даже здесь все напоминает мне о Кэтти.
Жозефина, сделав усилие над собой, улыбнулась.
— Кэтти жива в моем сердце, она была такой веселой. Я люблю вспоминать ее.
Тиммонс шумно вздохнул.
— А думаешь, я — нет?
— Ты помнишь только ее смерть, — с легким укором сказала Жозефина. — Кейт…
Она вдруг нервно взмахнула рукой.
— Она была отличной пловчихой! — воскликнул он. — Разве она могла утонуть? Да я никогда в жизни не поверю в такое, пусть меня в этом старается убедить кто угодно. Это не был несчастный случай.
— Я, как и ты, не знаю ответа на этот вопрос, — тихо выговорила Жозефина Тиммонс — Но ты не имеешь право мстить человеку, вина которого не доказана.
Тиммонс присел рядом с ней на постель и, отвернувшись, с глухим раздражением произнес:
— О чем ты?
Она грустно улыбнулась.
— Ты думаешь, я не знаю? Я до последнего времени читала газеты, смотрела телевизор и не разучилась соображать. Ты преследуешь Круза Кастильо, мне не нравится это.
Она на мгновение умолкла и закрыла глаза. Затем, собравшись с силами, продолжила:
— Кейт я боюсь за тебя.
Он сидел, низко опустив голову и вертел в руках снимок в металлической рамке.
— Почему?
— Потому что нельзя вечно жить прошлым, — она едва не расплакалась. — Ты обкрадываешь себя. Устрой, наконец, свою личную жизнь, найди девушку, женись, заведи семью, детей.
Тиммонс, украдкой смахнув выступившую на глазах слезу, нашел в себе силы пошутить:
— Хорошо, займусь этим сегодня же. Она улыбнулась.
— Вот именно. Я была бы счастлива, если бы рядом с тобой была любящая жена.
Тиммонс в таком смущении заулыбался, что любой, кто знал его только по работе, никогда в жизни не поверил бы, что перед ним сидит строгий, желчный, едкий окружной прокурор. Сейчас это был просто лукавый мальчишка, которого уличили в тайной страсти к варенью.
— У тебя кто‑то есть? Да? Кто‑то есть, я вижу, Кейт, — хитро сказала Жозефина.
Поначалу он отбивался, но потом капитулировал.
— Нету, нету. Да ладно, что это я, есть, конечно. Быстро же ты догадалась, — рассмеялся он, поднимаясь с кровати. — Мы с ней очень подходим друг другу.
Похоже, бабушка Жозефина коснулась той темы, которая ее по–настоящему интересовала.
— Почему же ты нас не познакомишь? — оживленно спросила она.
Кейт смущенно пожал плечами.
— Бабушка, но ведь ты болеешь.
— Да я уже почти на ногах, — улыбалась она. — Так ты не обманываешь меня? Вы собираетесь пожениться?
Тиммонс неопределенно покачал головой и развел руками.
— Возможно, возможно.
— Пригласи ее. Ты приведешь ее ко мне? — настаивала Жозефина.
Тиммонс уклончиво отвернулся.
— Ну, она сейчас очень занята, — пробормотал он.