— Так ты думаешь, что меня отпустят?
Перл подошел к Элис и осторожно взял ее за руку.
— Послушай, вот как я это себе представляю. Тебе просто нужна так называемая сформированная домашняя среда, что на человеческом языке означает просто, что ты будешь жить в кругу семьи, в доме, где вокруг тебя будут только близкие люди, понимаешь?
Она недоверчиво взглянула на него.
— Дом?
— Верно, этот дом ты сможешь назвать своим. Там ты придешь в себя и навсегда позабудешь об этой проклятой больнице, там тебя будет окружать тепло и дружеское участие. Мы постараемся сделать все так, чтобы у тебя никогда больше не было причин попадать в подобные заведения.
Кортни погладила Элис по волосам.
— Мы поможем тебе. Ведь ты нам веришь, правда?
Элис долго молчала.
— Вы хотите помочь мне одной? — наконец спросила она.
Перл замахал руками.
— Нет, нет, у тебя будет большая хорошая компания.
Элис снова опустила голову и несмело произнесла:
— Кажется, именно этого я бы и хотела. Я хочу жить в доме с хорошими людьми, и чтобы не было никаких докторов.
— Вот это правильно, малыш! — восторженно воскликнул Перл. — Знаешь, все не так уж плохо. Все будет гак, как прежде. Помнишь, как мы завалились в один милый ресторанчик небольшой, но крепкой компанией? И как нам было хорошо в этом заведении. Помнишь, как Оуэн что‑то сжег, и мы все вместе это тушили? А еще я никогда не забуду, как хорошо ты приготовила тогда блинчики.
Она смущенно улыбнулась.
— Помню, мне тоже очень понравилось тогда. А еще я помню, как мы ходили к тебе в дом, где были такие странные большие вещи: часы, вилки, ложки.
Перл от радости был готов расцеловать ее.
— Да ты молодчина, Элис, ты уже давно заслужила свободу и ты ее получишь очень скоро, обещаю. И у тебя все будет очень хорошо. Все будет, как тогда, в тот вечер, но лучше.
— А разве может быть лучше? — робко спросила она.
Перл уверенно кивнул:
— Может. Вообще‑то я предсказываю, что ты еще всех немало удивишь, также, как ты это сделала в тот раз, помнишь?
Она рассмеялась.
— Ты и тогда была компанейской девушкой, — продолжил Перл, — ты и сейчас такая.
Яркая улыбка, осветившая ее лицо, лучше всяких слов свидетельствовала о том, что Элис в полном порядке.
Жозефина Тиммонс лежала на постели в своей комнате, теребя в руке большую серебряную сережку с зеленым камнем.
— Значит ты Джина? Кейт никому тебя раньше не показывал, — с улыбкой сказала она, разглядывая «невесту» внука.
Отставив в сторону палку. Джина присела рядом со старушкой и широко улыбаясь ответила:
— Это моя вина. Видите ли, со дня нашей встречи я и владела всем его временем и все, кажется, мало вижу его.
Кейт присел рядом с ней, и Джина ласково потрепала его по щеке, демонстрируя теплые чувства.
С лица Тиммонса также не сходила широченная улыбка. Он был доволен, что бабушка, возможно, в последний раз имеет возможность насладиться таким зрелищем — ее внук наконец‑то обзавелся невестой, как все нормальные люди.
— Я так рада, — тихо сказала Жозефина.
— Я очень хотела увидеться с вами, — оживленно продолжила Джина. — Он все время говорит о вас. Судя по его словам, вы самая лучшая бабушка на свете.
Жозефина Тиммонс удовлетворенно прикрыла глаза.
— Он… Он очень честолюбив.
— Да, — сказала Джина, — лучший окружной прокурор в Санта–Барбаре. Но это только начало. Он вам говорил, что мы думаем о том, чтобы пожениться?
Кейт отвернулся, чтобы бабушка не заметила, как по его лицу пробежала гримаса явного неудовольствия.
— Правда? — тихо спросила Жозефина.
— Я… Но пока что это лишь разговоры, — уклончиво ответил Кейт. — Мы еще пока ничего конкретного не решили.
Сияющая улыбка вновь озарила покрытое морщинами лицо Жозефины Тиммонс.
— Это прекрасно, у вас были бы очень красивые дети. У тебя такие милые глаза, Джина.
Она улыбнулась.
— Спасибо. Надеюсь, что у них будет подбородок Кейта. Он такой мужественный.
Бабушка немного помолчала.
— Да, Кейту всегда был нужен близкий человек, — задумчиво сказала она, — после смерти Кэтти. Джина, ты так ему подходишь. Он говорил тебе, что наша Кэтти участвовала в чемпионатах по плаванию?
Джина, которая впервые в жизни услышала о том, что у Кейта когда‑то была сестра Кэтти и о том, что она принимала участие в чемпионатах по плаванию, сделала вид, что это давно известно ей.
— Да, конечно, — как ни в чем ни бывало улыбнулась она.
Старушка подняла руку и показала на награды, украшавшие столик в дальнем углу ее комнаты.