Это был последний выпуск региональных новостей.
«Да уж, — подумала Джулия, — наверное, эта новость на какое‑то время затмила в городе все — скоро выборы нового мэра, а никто об этом даже и не заикается… Наверняка, на сегодняшний день, приедь в Санта–Барбару Президент с супругой, вряд ли бы он смог претендовать на такую популярность, как Мейсон…»
Джулия, сделав магнитолу тише, отжала педаль сцепления, включила передачу и свернула в сторону дороги, ведущей к кафе «Ориент Экспресс»…
Скрипнув тормозами, «олдсмобиль» остановился у кафе. Джулия прибыла сюда где‑то за час до начала обеденного перерыва Тиммонса, твердо желая дождаться его во что бы то ни стало…
И вновь Джулии повезло — едва зайдя на открытую террасу кафе, она нос к носу столкнулась с окружным прокурором.
Он стоял, облокотившись о перила и ел яблоко. Заметив подошедшую, он перестал жевать и очень внимательно посмотрел на нее.
Тиммонс, судя по всему, был в превосходном расположении духа.
Джулия, подойдя к нему, улыбнулась как можно любезнее и произнесла:
— Ну, привет!..
Тиммонс кивнул столь же любезно.
— Добрый день… Ты сегодня прекрасно выглядишь, Джулия!..
Уэйнрайт, поправив небрежным движением прическу, ответила:
— Спасибо…
— Ты сегодня… Ну просто какая‑то необыкновенная, Джулия…
Ей тотчас же пришел на ум Генри Джакоби с его неуклюжими, железобетонными сентенциями. Однако, в отличие от хозяина фирмы «Джакоби и К», окружной прокурор действительно умел делать комплименты… К тому же — Джулия поняла это по его выражению лица, — Тиммонс в этот момент был совершенно искренен…
Кейт продолжал:
— Уж не влюбилась ли ты в кого‑нибудь?..
Мягко улыбнувшись в ответ, Уэйнрайт поспешила перевести разговор на другую тему.
— Неважно… Ну, что у тебя нового?..
Кейт, выбросив яблочный огрызок в бумажную урну, достал из кармана другое яблоко и с треском надкусил его.
— Дать тебе тоже?..
— Спасибо, не надо.
— Ешь побольше яблок, — наставительно произнес Тиммонс, — потому, что яблоки продлевают жизнь. Несколько яблок в день — и тебе никогда не потребуется врач — закончил он.
Уэйнрайт спросила слегка насмешливо:
— Даже, если я сломаю руку?..
Он ухмыльнулся, выбросил другой огрызок и отошел от перил.
— А ты не ломай рук!
— Практичный совет!.. — кивнула она и подумала, что же будет дальше.
Этот яблочный разговор показался ей слегка подозрительным.
— Ты обедать?.. Кивнув, тот изрек:
— Да.
— Пообедаем вместе?
— С удовольствием…
Когда они уселись за столик, Джулия, поговорив со своим оппонентом на этом процессе, произнесла, как бы невзначай:
— Да, так что в четверг?..
Кейт, сделав небольшой глоток пепси–колы, произнес в ответ:
— Ты о процессе Мейсона?..
— Ну да…
Поставив пластиковый стакан на стол, он только поморщился.
— Боюсь, что его песенка спета…
Джулия промолчала, загадочно усмехнувшись. Эта усмешка не укрылась от внимания окружного прокурора.
— Тебе что — весело?..
Она наклонила голову, чтобы тот не смог рассмотреть смеха в ее глазах…
— Нет…
— Тогда почему же ты улыбаешься?.. — поинтересовался Кейт.
Джулия махнула рукой.
— Не обращай внимания, Кейт… Просто я улыбаюсь своим мыслям…
Когда обед был закончен, они вышли на открытую террасу. Кейт, закурив, предложил сигарету и Джулии.
— Спасибо, — произнесла та, прикуривая. Вспомнив разговор о яблоках до обеда, она поинтересовалась: — А что, они тоже продлевают жизнь?..
— Что ты имеешь в виду?..
— Сигареты…
— Нет, они укорачивают ее. А потом это уравновешивается яблоками. — Он выпустил клуб дыма, а потом посмотрел на собеседницу с оттенком легкого превосходства. — Надо все уравновешивать — вот в чем главный секрет жизни, Джулия…
— Это надо уметь.
Неожиданно окружной прокурор, подмигнут, ей, весело произнес:
— Да. Именно в этом весь секрет. Мы все слишком много знаем и слишком мало умеем… Потому, что знаем слишком много.
— Ты говоришь о ком‑нибудь конкретном?..
— Хотя бы о твоем Мейсоне…
Джулия поморщилась — ей почему‑то сделалось очень неприятно оттого, что этот человек начинал мусолить своим языком имя ее любимого.
— Вот что, Тиммонс… Скажи мне честно: если я попрошу тебя сделать одну вещь — ты можешь пойти мне навстречу?..
Кейт пожал плечами.
— Типично женский вопрос.
— То есть?..