Беккер встал и, сунув руки в карманы брюк, начал расхаживать по комнате.
— Я все понимаю, мисс Перкинс. Поверьте, мне очень жаль, что так произошло. Может быть, в следующий раз ему так не повезет, и он наткнется на кого‑нибудь, кто вышибет ему мозги.
— В следующий раз? — потрясенно переспросила Келли.
Беккер покачал головой.
— Я бы вам посоветовал забыть о нем, мисс Перкинс. Постарайтесь более конструктивно смотреть на жизнь. Сейчас вам нужно заниматься своими проблемами.
Даже не понимая, что делает, Келли вскочила со стула и, плотно сжав губы, процедила:
— Между прочим, раньше моя фамилия была Кэпвелл, а Кэпвеллы не привыкли отступать!
Увидев недоуменный взгляд Лу Беккера, она добавила:
В нашей семье всегда ценился твердый характер. Я этого так не оставлю. Пусть он только попадется мне еще раз на глаза!
ГЛАВА 14
Старая детская фотография среди обломков. Джеймс Дэнфорт. Келли начинает действовать. Звонок Бернарду Фидлоу. «Джеймс Дэнфорт уже давно неуправляем». Келли навещает бывшую партнершу Дэнфорта по преступному бизнесу. Картер Дуглас превратился в Майкла Брэдфорда. Визит в отель «Мариотт». Джеймс Дэнфорт отдыхает на яхте. Келли проникает в номер Дэнфорта в отеле «Мариотт». Новая цель преступника — Луиза Питерс, миллионерша. «Ты украл у нас все!»
Одев старые джинсы, черную рубашку и повыше закатав рукава, Келли вошла в комнату, которая после отъезда Дугласа больше напоминала городскую свалку.
— Кому‑то ведь надо это делать… — вздохнула она.
Взяв в руки широкую щетку и большой совок, она стала сгребать лежавший повсюду мусор.
Заметив торчавший из‑под обломков кусок бумаги, Келли нагнулась и вытащила его, взяв двумя пальцами за уголок.
Это оказалась старая черно–белая фотография, на которой были изображены двое мальчишек, снявшиеся в зоопарке вместе с обезьяной. Судя по качеству изображения, снимку было не меньше двух десятилетий.
Смахнув пыль, Келли повнимательнее всмотрелась в изображение, узнав в одном из мальчиков своего бывшего жильца Картера Дугласа.
Только перевернув фотографию, Келли поняла, как крупно ей повезло.
Немного расплывшаяся от времени и воздействия сырости надпись, сделанная черными чернилами, гласила: «Джеймс Дэнфорт — десять лет».
Адвокат Бернард Фидлоу стоял в приемной своего офиса рядом с секретаршей, мило беседуя с ней о каких‑то пустяках, когда на столе зазвонил телефон.
С сожалением оторвавшись от содержательной беседы, секретарша подняла трубку.
— Алло.
— Я хотела бы поговорить с мистером Бернардом Фидлоу, — раздался в трубке женский голос.
Выразив явное неудовольствие, секретарша, прикрыв трубку рукой, сказала:
— Между прочим, это вас, мистер Фидлоу. Спрашивает женщина. У вас еще одна пассия появилась?
Скорчив такую же недовольную гримасу, адвокат сказал:
— Спроси, что ей нужно.
— По какому вопросу? — спросила секретарша, отняв руку от микрофона.
— Я хотела бы поговорить с ним о Джеймсе Дэнфорте.
— Это про Джеймса Дэнфорта спрашивают, — сказала секретарша, снова прикрыв трубку рукой.
Адвокат скривился.
— Ну, ладно. Я сейчас возьму трубку, только у себя в кабинете.
— Подождите минуточку, — сказала секретарша. — Сейчас с вами будет разговаривать мистер Фидлоу.
Келли пришлось подождать полминуты прежде, чем она услышала в трубке несколько сипловатый мужской голос.
— Бернард Фидлоу слушает.
— Добрый день, мистер Фидлоу. Меня зовут Келли Перкинс. Я хотела узнать у вас насчет Джеймса Дэнфорта…
— А что именно вас интересует?
— Вы представляете интересы Чарльза и Джеймса Дэнфортов? — уточнила Келли.
— Я — исполнительный директор их семейного фонда, — ответил Фидлоу. — Это — особые деньги, которые отложены в пользу Джеймса Дэнфорта. Но давайте не будем путать меня с его адвокатом, что бы он не говорил вам…
— Мистер Фидлоу…
— …Более того, — повысив голос, продолжил ее собеседник, — что бы Джеймс ни натворил, из фонда нельзя взять ни цента. Ни я, ни его брат Чарльз не можем отвечать за него деньгами. Мы не отвечаем за его поступки.
— Я не понимаю, — сказала Келли, — что получается, что таким образом семья платит ему только для того, чтобы он держался от нее подальше?
— Боюсь, что я не могу делать никаких комментариев по этому поводу, — сухо ответил Фидлоу.