И тут Изабелла осознала, что была лишь удобной пешкой в их спортивном мужском противостоянии. Ей захотелось самой хорошенько врезать Даниилу за его наигранную вежливость и учтивость, которую он проявлял к ней днём.
«Вот же сволочь!» - думала она, - «Он это всё устроил только ради того, чтобы избавиться от сильного конкурента?! Как же это низко!».
Ромиро увёл девушек в номер и усадил на кровать, включив музыку погромче.
- Ромиро, иди пожалуйста туда. Не дай Санти наделать глупостей. – попыталась спокойно произнести Иза, смотря на него молящими глазами, наполненными горькими слезами.
На что он понимающе кивнул и вышел.
Иза сидела рядом с Машей и водила пальчиками по синякам на запястьях, которые оставил ей Сантьяго прошедшей ночью.
- Ну, ты как? – вдруг обратилась к ней Маша.
- Не знаю. Он меня порой пугает. – тихо произнесла Иза, не отрываясь от мелькающих картинок в телевизоре.
- Если ты про синяки, то это просто порыв. Зверский конечно, но можно как-то поговорить об этом, чтобы он был помягче что ли.
- Да он готов кинуться с кулаками на каждого, кто окажется рядом… – Иза уставилась Маше прямо в глаза.
- Что?! Дак ты сама повод даёшь, дорогая моя. И вообще-то этот придурок тебя лапал! Ты что думала, Санти его по головке должен был погладить за это?! Да любой нормальный мужик врезал бы за свою женщину. А он как раз таки считает тебя своей, даже несмотря на твоего, пока ещё, муженька. – эмоционально проговорила Маша.
- Я не его... – отчужденно начала Иза.
- Ты дура?! Я тебя вообще не понимаю! Какого ж чёрта ты тогда здесь делаешь?! – раскричалась Маша, - Да даже если ты так считаешь, то потрудись сообщить ему об этом, чтобы он там зря не геройствовал!
Маша резко встала и кинув на подругу гневный взгляд, вышла за дверь, оставив Изу наедине с дурацкими клипами в телевизоре.
Щёлкнув пультом она откинулась на кровать в тишине. На террасе тоже было тихо, что беспокоило Изу сильнее, но выходить сейчас туда желания у неё не было.
Спустя какое-то время Сантьяго неуверенно приоткрыв стеклянную дверь, молча зашёл к ней, пытаясь не столкнуться взглядами. Его движения были робкими и он выглядел потерянным для лихого гонщика, который ещё недавно выполнял головокружительные смертельные трюки.
Мужчина опёрся на тумбочку около выхода и нахмурившись, опустил глаза в пол.
Изабелла медленно поднялась с кровати и сделала несколько шагов ему навстречу. На его лице больше не было следов крови, лишь небольшая гематома на скуле. Сбитые костяшки на его кулаках говорили о том, что Даниилу не слабо досталось за его нахальный, подлый поступок.
Сантьяго резко поднял взгляд и его бездонные глаза напряжённо уставились на девушку.
Она осторожно коснулась ладонью его щеки и провела до шеи, оставив руку на груди. Второй ладонью она тихонько забралась под его толстовку и надавливая пальчиками, прощупывала упругие мышцы на животе, спускаясь к ремню на его чёрных джинсах.
Расцепив пряжку, он задержал её руку на растегнутой ширинке. Обхватив бедра девушки, мужчина с нажимом провёл жаркими ладонями по её телу, очерчивая изгибы талии и груди. Добравшись до её хрупких плеч, он остановился и слегка надавил. Иза послушно опустилась перед ним на колени.
Подняв взгляд на его холодное лицо, она осмотрела суровые черты. Сантьяго сосредоточенно следил за ней своими чёрными, как ночь, глазами, но несмотря на всю наносную строгость и властность, всё же была в его взгляде некая мужская нежность.
Рукой Иза медленно оттянула вниз ткань боксёров. Кончик её языка уверенно проскользил по не окрепшему члену от самого корня до уздечки, заставляя мужскую плоть крепнуть в руках Изабеллы. Сантьяго поднял подбородок, подав нижнюю челюсть немного вперёд и издал сексуальный выдох, отзываясь на интимные ласки девушки. Иза и сама не понимала почему, но сейчас ей очень хотелось доставить ему это удовольствие. Обхватив губами нежную головку, она продолжила ласки, пока парень не подхватил её под плечи, опрокинув на белые простыни.
Прижав колени девушки к груди, он надавил на них торсом и грубым нажимом вошёл в неё. Она упиралась руками в его бедра, до боли царапая смуглую кожу своими острыми ноготками.
Когда он был рядом Изу покидал здравый смысл. Она теряла рассудок и покорно отдавалась ему, будто рабыня своему властному хозяину. Он владел её телом, утоляя свои желания, доводя её до эйфории и получая от этого чистый кайф. Она стала для него наркотиком, от которого он уже не мог отказаться.