Саня не привык еще к своему новому телу. Каждый раз, рассматривая и ощупывая себя, он с удивлением отмечал для себя различие между женщиной и мужчиной. Его женское тело гораздо больше нравилось ему. Оно было юным и таким тепличным. Для себя Запехин отметил, что если бы он не знал его настоящую природу, то запросто мог бы влюбиться в самого себя.
Стук в дверь вернул его на грешную землю.
— Ты что там, уснула? — спросила Ирина. — Выходи! Я все приготовила.
Саня, бережно укутавшись, вышел из ванной. Менеджер протянула ему бокал красного вина и сказала:
— Попробуй!..
Саня сделал глоток: "Что это?" — пронеслось в его голове. Вино оказалось сладким на вкус, слегка терпким и густым. Саня никогда еще не пил такого. Он сделал еще глоток, и тело внутри стало нагреваться.
— Да, милая, это не пиво! — сказала Ирина и, взяв Саню за руку, повела его в зал. Там по центру, Запехин не мог поверить своим глазам, стояла широкая белоснежная постель.
— Это мой «Кадиллак», — сказала Ирина и ногой толкнула ложе, которое неожиданно поехало по лоснящемуся от блеска полу.
— Покатаемся? — спросила она и, не дождавшись ответа, потянула Саню за руку на борт «Кадиллака». Они вместе упали в скользкое и холодное белье и, отталкиваясь ногами, стали кататься по огромным просторам «аэродрома». Делали недолгие остановки, наполняли «баки» напитком богов и снова отправлялись в полет. Ударяясь постелью о стены, смеялись и громко пищали и снова продолжали летать. Потолок смешался с полом, и все вертелось и кружилось, а приятная музыка: Ферджи-махап, махап еще больше придавала миру под названием пещерка Ирины Сергеевны, какой-то необычайный сюжет. Во время одной из таких остановок Саня почувствовал на своих губах сладкий вкус Ирининых губ. Ему самому хотелось это давно сделать, но менеджер опередила его.
Голова у Сани закружилась от нахлынувших чувств. Они нежно стали целоваться, а их остренькие язычки знакомились друг с другом. Санины руки потянулись к манящему телу Ирины, и он по-мужски стал ласкать его. Запехин целовал девушке грудь, по очереди всасывал твердые, коричневые соски, а затем пальцами, как змей, проник в теплую и влажную ее «ракушку».
— Не спеши, сладенькая! Я тоже хочу, — прошептала Ирина и, извернувшись кошкой, освободилась от настойчивых пальцев Сани. Она надавила рукой на его плечо, принуждая лечь на спину. Двумя руками, стиснув тугие Санины бедра, она коброй проскользнула между ними в поисках «лепестка» женских наслаждений.
— Вау! — сказала она, увидев маленькую булавку, загнанную Запехиным еще утром. — Моя крошка любит боль?.. Мне тебя небеса прислали, милая! — сказала Ирина и обожгла его своим язычком.
Саня никогда еще не испытывал такого неземного наслаждения. Все его тело восторженно отозвалось на поцелуи и какие-то ультроволновые силы приподнимали и опускали его тело над постелью.
— Не сдерживай себя, - сладкая! Улетай! — нежно прошипела «кобра».
Это произошло мгновенно. Блаженство началось внизу живота, а затем, растекаясь по венам, как будто миллиардами ручейков, побежало по всему телу и, не найдя выхода, горячим потоком хлынуло обратно. И так продолжалось еще несколько раз…
— Ух! Я даже не знал, что это так! — сказал Запехин, приходя в чувство.
— Знала, — поправила его Ирина.
— Не знала, — согласился Саня.
— Ну, а теперь ты... поцелуй меня...
Все Санино тело от перевозбуждения дрожало. Не было желания даже пошевелиться, но отблагодарить Ирочку ему хотелось тоже.
Он начал со спины. Слегка покусывая маленькие лопатки девушки, Саня нежно зализывал следы от зубов, а затем, спускаясь все ниже и ниже, добрался до вершин ее упругих ягодиц. Прикасаясь нежно к ним губами, он одну ногу перекинул через красотку и с двух сторон руками проник под ее бедра. Разъеденив их, — он добрался к цели.
Сане, показалось, что их тела слились воедин. И только, когда вздрагивая, любовница стала приподнимать его тело над своим, он прекратил свои ласки.