Когда процедура утреннего кормления закончилась, она взяла полотенце, которым укрывала мне грудь, чтоб не запачкать постельное бельё, и тщательно вытерла мою, явно замурзанную, физиономию.
— Вот, теперь будем пить кофе. — Сказала она, наклоняясь и целуя меня в губы.
— Тебя что за муха укусила? — Наконец-то мне удалось вставить свои пять копеек.
— Лежите, мой господин, лежите, я вас так напою. — Заторопилась девушка, но опоздала, я уже принял сидячее положение.
— Не надо меня лёжа поить. Я так выпью кофе.
Девушка протянула мне маленькую чашку с серебряной ложечкой, и я приступил к питию. Она сидела рядом, смотрела на меня совершенно невинными глазами и улыбалась.
— Спасибо, Юленька, спасибо тебе громадное! — От души поблагодарил я девушку. — Меня никто в жизни и никогда даже не пытался накормить в постели. А тут такой сервис!.. Я потрясён до глубины души. Спасибо тебе, милая. Спасибо за восхитительный кофе!..
Я поставил чашечку на столик, привлёк девушку к себе, обнял и поцеловал долгим, бесконечно долгим поцелуем. Её глаза были закрыты. Да и свои я прикрыл от блаженства.
— Мой господин, негоже со служанкой так. — Отстранилась она, прерывая затянувшийся поцелуй. — Зачем смущаете честную девушку, порочите её доброе имя, подвергаете насмешкам?
Я одурело вытаращился на Юльку, откровенно ничего не соображая.
— извини. — Пролепетал я. — Я искренне, честное слово, никаких намёков! Я просто хотел поблагодарить тебя.
Она как-то странно глянула на меня, поднялась, собрала на поднос посуду, туда же смахнула невидимые крошки, и молча вышла. Совсем сбитый с толку, я нехотя вылез из постели и поплёлся в ванную.
Вернувшись в гостиную при полном параде, свеже выбритый, слегка пахнущий дорогущим одеколоном, несколько удивился, увидев мою недавнюю кормилицу сидящей на уже убранном диване, поджав под себя ноги и невидяще уставившуюся в экран телевизора. Рядом валялся пульт дистанционного управления. Её лицо совершенно ничего не выражало. Девушка настолько была погружена в себя, что взорвись здесь петарда, она даже не заметила бы. Я попятился, не желая мешать. Посетив кухню, ещё раз исследовал защитные системы этого дома. Мне было непонятно, как это Юльке удалось перемещаться по дому и не зацепить ни одного сторожевика. Потом поднялся на второй этаж, подключился к интернету, достал карточку толстяка и задумался. Надо было срочно откуда-то достать денег. Девушка совсем без одежды, без всяких там средств личной гигиены. Не говоря уже о том, что если ехать в Европу, то багаж просто необходим, иначе мы будем как на ладони у полицейских. Но главное было другое. Мою случайную спутницу надобно было срочно приодеть. Она даже на улицу выйти не могла, не было в чём. Как она все эти дни не замёрзла? Как не заболела?! Я ужаснулся. нужно было доставать деньжат. Нагружать Аурэла ещё и этими делами было уже слишком. Тем более, у всех девушек есть такие предметы обихода, о которых порядочным мужчинам знать не полагается. Должна же быть какая-то маленькая женская тайна?! Я улыбнулся своим мыслям и приступил к работе.
Прошло не меньше двух часов, когда я наконец-то закончил. Выключил компьютер и прислушался. В доме стояла неприятная тишина. Стараясь не шуметь, спустился в холл. Заглянул в гостиную. Девушка всё так же продолжала сидеть, тупо уставившись в телевизор. Я подошёл, отодвинул пульт в сторону и, опустившись рядом, притянул её к себе.
— Юлька, что с тобой?.. — Начал, было, я, но девушка буквально упала в мои объятия, залившись слезами. — Что ты? Что ты? — Забормотал я, окончательно растерявшись и не зная, что делать, гладя её по рассыпавшимся прядям, по плечам, пытаясь успокоить. — Юлька, не надо! Юленька, успокойся. Всё будет хорошо. Правда. Всё будет даже лучше, чем ты себе можешь представить. Самое страшное уже позади. Нам осталось совсем чуть-чуть, выбраться отсюда и устроиться где-нибудь тихо, мирно. Ты встретишь своего суженного. Я буду недалеко от вас жить. Приходить в гости и нянчить твою дочку, или сынишку. А можно обоих сразу. Они меня будут называть дедушкой. А я отращу бороду, белую такую, длинную!
Она вдруг зажала мне рот рукой. Я опять опешил. Хотел, было, отнять руку и обидеться, но потом решил, что не стоит этого делать. Подняв девушку на руки, отнёс в ванную.
— Давай, умойся. — Предложил я, держа её над раковиной.
Она, всё ещё продолжая всхлипывать, открыла краны и принялась приводить себя в порядок, сидя у меня на руках. Потом я отнёс её обратно и усадил на то же самое место.