— А на войне, друг, все опасно! — бросил Корбут.
Я сказал, что надо решить, где хранить мое небезопасное хозяйство. Корбут приказал держать его, пока не уйдет по отрядам, в маленькой недостроенной партизанской баньке, в которой еще не успели сложить каменку. К баньке выставили усиленный караул, а на тропе к ней — патруль.
Корбут выпроводил из землянки всех, кроме начальника штаба, Крылова, Гельфера и радистки, сел к столу и приготовился слушать. Я рассказал, что мне велено силами прилетевших ранее саперов активизировать обучение минно-подрывному делу самих партизан, создать вокруг саперов группы инженерной разведки, тоже из числа партизан, желательно местных, и силами таких групп вести разведку тыловых рубежей противника, охраны дорог и мостов, железной дороги, проверить состояние нашего прошлогоднего рубежа по реке Десне, а если можно, то и по Габье. Потом надо решить, как будем использовать магнитные мины, учитывая, что хотя в обращении они и просты, все же людям надо подробно объяснить. Попутно со всей этой работой необходимо по возможности вести и общевойсковую разведку: устанавливать дислокацию, численность и передвижение войск, работу железных дорог и характер грузов. Ну, и в связи в этим решительно изменить использование армейских саперов.
Корбут взъерошил волосы, задумался. Оглядев присутствующих, сказал, что задание, конечно, не из маленьких и с саперами он действительно допустил промашку, распределив их по отрядам и используя в составе диверсионных групп. Это он обещал исправить. Его удивило, что на такое большое задание дали всего семь дней. Я уточнил, что неделя — это мне, для начала, для организации (как выразился, отправляя меня, полковник Варваркин: «Для того, чтобы заварить кашу»), а армейские саперы останутся здесь столько, сколько этого потребует дело.
Корбут приказал вызвать к утру из отряда лейтенанта, прилетевшего вместе с саперами. Некоторых из них он уже собирался представить к правительственным наградам. Поинтересовался, с какой целью прибыл со мной сержант.
Я объяснил, что сержант пойдет обратно, к фронту, к ближайшим тылам немецкого переднего края, чтобы хоть примерно заснять, где они есть, тыловые оборонительные рубежи противника и по возможности, если удастся, выяснить характер инженерной обороны Бетлицы, Бытоши, Людинова и Сукремля. Желательно также узнать, не готовят ли немцы какую-либо оборону по реке Ветьме от Бетлицы на Жуковку через Бацкино. И все это, естественно, надо выяснить без особого риска, не обнаруживая себя. Задание большое и рассчитано не на семь дней. Сержанту нужны надежные проводники и способные помощники из партизан, знающих эти районы.
— Значит, так, — Корбут как бы подводил итог разговору, — проводников сержанту найдем. Лейтенант твой придет, сам уточнишь его задачу, саперов, как нужно, переставим. К инженерной разведке давайте привлечем наиболее грамотных молодых ребят из разных отрядов. Кроме групп, у нас есть кое-где свои люди и среди старост, и даже в комендатурах. А в Жиздре у немцев русская машинистка на нас работает, только связь с ней чертовски трудна, но попробуем для такого дела. Агентура у нас пока неширокая, но есть, — продолжал Корбут. — Кто предан и на совесть служит, а кто и за страх, но и те не врут, знают, что мы перепроверяем. Широко помогает нам информацией население. Так что, думаю, за разведкой дело не станет. Для диверсий теперь на первое время средства есть, значит, с этим активизируемся. Мины замедленного действия и магнитные — на железную дорогу и в гарнизоны. Но вот особо давайте подумаем о магнитных минах. Их, видимо, лучше расходовать на подрыв поездов в движении и — очень заманчиво, черт возьми! — на взрыв самолетов. Немцы как-то мало интересуются Жуковкой, а в Сеще у них настоящая большая авиабаза. Вот о Сеще и нужно крепко подумать. Там сложилась подпольная группа, руководит ею местная девушка, зовут, кажется, Аня, фамилию не помню. Правда, у них, по-моему, связь через клетнянских партизан, через Галюгу, — это для нас путь длинный, круговой. Но была у меня на Сещу и своя ниточка, своя цепочка людей. Не оборвалась ли? Последнее время нужды в ней не было. Ну что же, попробуем освежить. Этим делом и использованием магнитных мин я, пожалуй, займусь сам, большой круг людей допускать к этому не будем. Что еще? По отрядам, майор, я с тобой сам пройду, с кем надо, поговоришь. На Десну сходим. Если хватит времени, прошвырнемся в партизанскую бригаду Орлова: они к Брянску ближе, может, у них что-нибудь для тебя будет интересное. Главное же — организовать поступление к тебе сюда информации, это мы сделаем. Без меня ходить по району нельзя, в операциях участвовать тоже не будешь: мне в шифровке так приказано. — С этими словами Корбут отпустил всех.