— Посмотри, красавица, что я для тебя сшила, — повертела перед ней новым белым боди с пышной пришитой короткой юбчонкой кремового цвета.
На улице было бабье лето (22 градуса в октябре!), и, чтобы избежать потницы и опрелостей, я не кутала малышку по совету врачей. Боди, легкие штанишки, шапочка с бантиком — и принцесса готова.
Я таяла от ее улыбки, и даже когда она очень долго плакала и во мне вспыхивала моя накопившаяся усталость в сопровождении с натянутыми нервами, я не показывала ей этого. Это маленькое беззащитное создание нуждалось в моей стойкости, сочувствии и помощи.
Быстро подкрасив глаза и расчесав свои густые каштановые волосы, я подхватила Сапфиру и направилась к лифту, где стояла наша коляска.
— Может, покатаемся сегодня в коляске, пожалуйста, милая, — разговаривала я в очередной раз с девочкой в надежде, что она хоть немного даст отдохнуть моим рукам и спине, которые от слинга достаточно устали.
Сапфира хлопала длинными ресницами и прижималась к моему плечу. Я медленно, почти не дыша, положила ее в коляску, мысленно молясь, чтобы она не расплакалась. Ее мимика начала меняться, и вот-вот она была готова заплакать, но я перехватила ее внимание:
— Смотри, детка, что я тебе купила. Смотри, как звенит, а тут ты можешь почесать свои денесенки, — покрутила я погремушку в виде зебры и вручила девочке.
К счастью, она ей понравилась, и мы спокойно зашли в лифт и доехали до первого этажа. Быть мамой, однако, сложно.
Я не могла нарадоваться, что она спокойно лежит в коляске и играет сама с игрушкой, периодически агукая или издавая интересные звуки, которые я бы вряд ли смогла повторить.
Пока она была занята, я присела на лавочку в аллее и заглянула в рабочие чаты.
Кто-то написал очередной плохой отзыв о нас, утверждая, что мы вручили ему совсем не то, что было выставлено на фотографии маркетплейса. Я понимала, что это, вероятно, не реальный человек и, скорее всего, сделано для того, чтобы наш рейтинг упал, но не могла оставить эту несправедливость без внимания. Я связалась с покупателем и всячески пыталась выяснить, в чем проблема и кто мог подложить нам такую свинью.
Пока я разговаривала по телефону, находясь в метре от коляски, я не заметила, как к ней подошли двое мужчин. Когда обернулась, я не на шутку испугалась. Один из них практически с головой залез в коляску к Сапфире.
Я быстро подлетела к ним и закричала:
— Что вам нужно? Отойдите от ребенка!
Тот, что полез в коляску, взял Сапфиру на руки, и она громко заплакала, а второй преградил мне путь. Кровь зашумела в ушах. Я не понимала, что происходит. Только бы они ей ничего не сделали.
— Отойди от меня! А ты положи девочку! Я сейчас вызову полицию! — визжала и тыкала пальцами я в них от безысходности.
Они были плотного телосложения и примерно моего роста, может, только на пару сантиметров выше. Их национальность мне была не знакома, больше похожи на индусов или цыган. Но одеты они были прилично: в джинсы и темные пуловеры. Что им надо? Они воруют детей вот так, среди белого дня?
Меня всю трусило от наплыва страха и адреналина. Мне было противно, что руки этого мужчины касаются моей Сапфиры.
Тот, что стоял ближе ко мне, с акцентом заговорил:
— Ты нам не нужна. Нам нужна она. Уходи по-добру.
Меня резко пробрал озноб. Им нужна Сапфира. Они ждали, пока я отойду, и не двигались с места. Я не отошла бы, даже если б в его руках был нож. Я стояла не моргая и, собрав в себе все силы, прыгнула на ногу ближе стоящего мужика. Он загнулся от боли, и я, не теряя времени, нанесла ему прямой удар в голову, который был отработан на ринге сотни раз. Пока я наносила удар, второй начал удирать с малышкой в руках, а в мою сторону бежал какой-то рослый русский мужчина. Я была далеко и боялась, что не успею догнать их…
Время шло на секунды…
Я в надежде на помощь крикнула рослому мужчине:
— Он крадет мою дочь! Помогите!
Пока я кричала, тот, что был рядом, очухался от удара и подскочил сзади меня. Он закрыл мне рот и утащил в ближайшие кусты.
Я не могла из-за него посмотреть, что происходит сейчас с Сапфирой, и от этого мое сердце хотело разорваться на микрочастицы. Он разбудил во мне зверя. Я никогда не испытывала подобной силы в себе. Мне было страшно, что мою девочку могут обидеть или забрать у меня. Я ударила его с локтя в солнечное сплетение и, развернувшись, нанесла удар коленом в голову, ухватив за черные кучерявые волосы. Я бросила его там и побежала к моей Сапфире, которую уже было не видно около коляски.
Мое сердце пропускало удары, и слезы хотели хлынуть из глаз. Я все бежала и бежала. Я что-то несвязное визжала. Мой мозг совершенно не соображал. Где она?