Впервые в жизни я испугалась его. Кто этот мужчина, с которым я прожила столько лет? Я напрочь забыла все свои заслуги в боксе и, словно подбитая собака, смотрела из-под ресниц.
Ему определенно нравилась моя покорность и страх, что читался в моих глазах. Я увидела, как его тело знакомо содрогнулось. Дыхание стало прерывистым. «Он что, возбудился?»
От нахлынувшего страха я не сразу сообразила, что сказал мне этот человек с недостойным для мужчины поведением.
Получается, это он напугал меня до чёртиков, заставив просидеть почти сутки у окна и вздрагивать от каждого шороха? Его упоминание о множестве секретарш меня совсем не задело. Но это сообщение…
Я медленно поднимала голову, чувствуя прилив крови к лицу. Ощущение, словно мои глаза постепенно наполнялись яростью. Гоша начинал терять свой уверенный и контролирующий взгляд и наблюдал за моими действиями. Роль подбитой собаки перешла в его руки, когда моя спина выпрямилась и я во все горло заорала:
— Катись отсюда! И больше никогда не появляйся на моем пути!
Накопившийся за сутки страх переродился в агрессию. Я ударила по его ослабшим рукам, которые держали грудки моей домашней рубашки, и, открыв дверь, вытолкала его на лестничную клетку. Он не успел промолвить ни слова. Я с шумом захлопнула перед ним дверь. Готова поспорить, мое лицо было красным, как у героев известных диснеевских мультиков. Внутри всё бушевало.
От громких звуков в комнате заплакала Сапфира, я побежала ее успокаивать. Но кто бы меня сейчас успокоил…
****
Несколько дней я копила в себе злость и жалела, что не треснула этому индюку по его наглой физиономии. Как он мог так поступить? Спекулировать ребенком. Это как же надо опуститься! Я хотела вернуть время и плюнуть ему в лицо. Постоянно представляла, как безжалостно раздираю в клочья его дорогущий костюм и выбиваю пару передних зубов, чтобы меньше лыбился и больше думал о последствиях своих действий.
Раздражал еще тот факт, что оперуполномоченный Васильев, как ни странно, оказался прав.
Мне дико надоело это состояние «на иголках». Зря я себя извожу. Это не помогает, только создает напряженную атмосферу в воздухе.
Я мыла бутылочки, пока Сапфира с довольным лицом грызла очередную свою погремушку, немного покачиваясь в шезлонге, который я купила через «Авито». К сожалению, мои долги забирали большую часть заработанных денег от ателье, и нам приходилось планировать каждую копейку.
Когда я искала полотенце, мне на глаза попался абонемент на бокс, оплаченный на год, и я немного взгрустнула (клуб был достаточно известным, и стоимость годового абонемента помогла бы решить часть финансовых проблем). Самый дорогой подарок, что я приняла от Гоши.
Вернуть за него деньги было невозможно, а перепродать вряд ли получилось бы, потому что половина года уже прошла.
Я взяла его в руки и поняла: это единственное развлечение, которое я могу себе сейчас позволить. Да и чего греха таить, это хороший способ выплеснуть накопившуюся злость.
Я вспомнила вчерашний звонок подруги. Варвара после эмоциональной оценки поступка Гоши с использованием различных неприличных слов неожиданно сказала: «А тебе надо куда-нибудь сходить! На тебя смотреть уже страшно. Истощала. Осунулась. Ты скоро кружку поднять не сможешь, не то что ребенка!»
Конечно, подруга, как всегда, утрировала. Не так уж я и истощала. Однако вид, конечно, был у меня изрядно помятый.
«Но разве это не является особенностью состояния женщины в декрете?» — оценивающе смотрела я на свое отражение в зеркале.
Кривой пучок. Заляпанная футболка то ли смесью, то ли малышка срыгнула, а я и не заметила. Лосины с разводами от рук (не всегда успеваю вытереть об полотенце, когда просыпается Сапфира, на бегу вытираю их об себя). И огромные темные круги под глазами, которые уже стали неотъемлемой частью моего лица.
— Без слез не взглянешь, — посмеялась я над собой. — Решено, иду на бокс! Мне нужен спарринг. Хоть кому-то я дам по лицу, раз не смогла дать по наглой роже Гоши!
Пока Сапфира спала, я сходила в душ и собиралась «выйти в свет». Немного подкрасив глаза, я подготавливала необходимые для Сапфиры вещи и ждала Варвару.
Подруга, не успев разуться, сразу же оглядела меня с ног до головы:
— Ну вот, другое дело! А то ходишь как крыса помойная! Только куда ты в спортивном? Надо платье, каблучки.