- Дитё должно родиться здесь, в хате. Повезу тебя в больницу, так по дороге ещё растрясёт, и ты, чего доброго, там и родишь. Или анализы будут плохие, и тебя домой не отпустят. Сиди тихо, жди родов. Я вообще одна тебя родила в этой хате. Сама тебе пуповину перерезала. Бояться нечего, Надька. Я рядом. Родим наследницу.
Время шло. Уже убрали урожай с огородов, отпраздновали Дожинки. Приближались Осенние Дяды, день поминовения всех умерших.
Ядвига волновалась:
- Чую я, что время пришло. Только бы ты, Надя, не испортила всё, не переходила.
Наденька тоже волновалась, потому что чувствовала себя совсем плохо: часто по утрам сильно кружилась голова, и не было сил встать с кровати.
- Быстрей бы уж родить, - думала она.
Роды начались как раз на Дяды, что очень обрадовало старую ведьму, и прошли довольно гладко, правда немало удивив Ядвигу: родила Надя девочек-близняшек.
Приняв роды, старая ведьма уложила внучек в кроватку, в которой когда то качала Надю, а ещё раньше сама лежала новорождённой крохой, и долго задумчиво смотрела на них. Потом прошептала:
- Одна должна быть, а их две. Что ж теперь делать?
- Мама, - позвала её Наденька, - кровь не останавливается.
Ядвига засуетилась:
- Иду-иду, голубка. Сейчас отвар сделаю, кровь и остановится.
Отвар действительно остановил кровотечение, но Надя после родов так и не восстановилась. Была молодая мамочка такой слабой, что даже до кроватки дочек дойти не могла. Ядвига приносила ей девочек, чтобы покормить грудью, но те грудь не брали, да и молоко у Нади не прибыло, а молозиво пропало на второй день после родов.
Девчонки хотели есть, но есть было нечего. Ядвига сбегала к соседке и попросила её купить в большом селе в магазине детскую смесь. Так в деревне узнали, что в доме ведьмы появились дети.
Занятая малышками, Ядвига уделяла мало внимания дочери, полагая, что природа возмёт своё и молодой организм сам восстановится, но ошиблась. На седьмой день после родов у Наденьки поднялась температура. Два дня она пролежала с температурой дома, пока не начала впадать в беспамятство и бредить. Только тогда Ядвига засуетилась и с помощью соседей отвезла дочь в больницу, но было поздно. Надя умерла на тринадцатый день после родов.
Во время похорон, бросая первой землю на крышку гроба, Ядвига прошептала:
- Спасибо, доченька, за внучек. Воспитаю и силу передам. Ни одну не обижу. Всё поровну разделю.
Обещание своё ведьма держала до самой смерти: ни одну из близняшек не выделяла, всё между ними всегда поровну делила.
3
Девочки-близняшки, Зоя и Аня, как назвала их мать, уродились хорошенькие, словно спелые ягодки, и очень дружные. Ядвига нарадоваться, на внучек не могла. Правда были сёстры настолько разными, что глядя на них с трудом верилось, что это близняшки.
Брюнетка Зоя имела непростой характер. Девочке легко давались науки, особенно математика. Работу по дому она терпеть не могла, а вот общественные нагрузки и выступления перед публикой очень любила. Всегда и везде Зоя хотела быть первой, за словом в карман никогда не лезла, часто в детстве поколачивала деревенских мальчишек, а когда подросла, то даже взрослые стали побаиваться стычек с ней: в порыве гнева она могла огреть собеседника чем-попало.
- Яблочко от яблони не далеко укатилось, - говорили в деревне про Зою, - сразу видно, что ведьмина внучка.
Аня, как бы в противоположность сестре, была блондинкой в мать-покойницу, и жуткой тихоней. Она всегда держалась в тени Зои, которая её никому не давала в обиду. В школе Анюта училась неважно. Она любила кулинарить, возиться по хозяйству и в огороде. Когда девочка подросла, Ядвига научила её искусству вышивки. С тех пор всё свободное время Аня проводила за декорированием наволочек, рушников, скатертей. Её работы отличались большой фантазией, а трудолюбию и усердию Ани позавидовала бы любая мастерица.
Зоя усидчивостью не обладала, поэтому вышивка её не заинтересовала, зато она быстро смекнула, что работы сестры будут хорошо продаваться на рынке. Так у девочек появился собственный маленький бизнес: Аня вышивала, а Зоя ездила продавать её работы на рынок в город. Вырученных денег хватало не только на нитки и ткань для новых работ, но и на наряды, к которым, в отличие от Ани, Зоя была очень неравнодушна и никому не давала в школе право отнять у себя звание "первой модницы."