Эйден встает и низко кланяется. Я вижу, что он смущен и растерян, но не ведусь и на эти уловки. Наркоман он или душевнобольной — это не мое дело. Я спасла этого ненормального от сна в снегу, и хватит с него моей доброты. Противно даже думать, что он разыграл этот спектакль, но больше терпеть обман я не намерена.
— Благодарю миледи за спасение жизни, — едва слышно произносит он. — Если вам понадобиться помощь, просто крикните мое имя. И я появлюсь сей момент. Прощайте.
И тут же исчезает. Я недоуменно оглядываюсь в поисках возможного места схрона. Никого. Растворился так же внезапно, как и появился. И следов не оставил. Может, мне все это просто приснилось?
***
На следующий день версия со сном оказывается самой правдоподобной. «Дракон» не оставил ни одного следа своего пребывания, и я решаю просто забыть о нем. Кем он был на самом деле, я так и не выяснила. И остальные странности тоже остались загадкой. Спустя несколько часов с обидой осознаю, что из-за этого долгое время не смогу выбросить незнакомца из головы. Прекрасно понимаю, что его синие глаза будут до конца жизни преследовать меня, но больше я не горю желанием видеть их странного владельца.
Минуты складывались в часы, а те — в дни. Жизнь быстро вернулась в прежнюю колею. Я училась, работала. Иногда возвращалась в парк на то место, где встретила полуживого незнакомца и по глупости доставила домой вместо больницы. Краем сознания подозревала, что открестился он от «скорой» ввиду своей неординарной болезни, но развивать эту мысль желания не было. Все так, как и было до встречи с ним. В этом я была полностью уверена. Или мне только хотелось так думать?
Внезапно просыпаюсь посреди ночи от удушья. В глазах темно, я никак не могу успокоить сердцебиение. Горло сжимается, кашляю, но это не помогает. Мне нечем дышать. Уже не первую ночь мне снится этот ужасный кошмар. И всякий раз я задыхаюсь, едва проснувшись. Кошмар такой реалистичный и яркий, он забирает все силы, окутывая паникой. Меня трясет, обхватываю себя руками, пытаясь унять дрожь.
Глаза. Пронзительные, синие, заглядывающие глубоко в душу. Я вижу их почти каждую ночь. Они смотрят на меня, изучают. Я стараюсь забыть обо всем, не обращать внимания на ежедневные воспоминания и видения. Эйден снится мне очень часто, иногда я вижу его улыбку, реже слышу голос. Но глаза преследуют меня всюду: на улице, в универе, на работе. И кошмарные сны совсем не ужасные, нет. Даже приятные, можно сказать. Я любуюсь волшебным цветом незабываемых глаз, но все равно просыпаюсь посреди ночи в холодном поту и дрожу от ужаса.
Ложусь обратно и с головой укрываюсь одеялом. Понимаю, что сегодня больше не засну, и утыкаюсь лицом в подушку. Эйден… это имя крутится в голове постоянно, даже когда я сама не замечаю этого. Как заезженная пластинка, которую никак не вытащить. Иногда мне кажется, что он действительно подсыпал мне наркотики, но быстро отметаю эту мысль. За тот долгий месяц с небольшим, прошедший с нашей последней встречи, любая отрава выветрилась бы уже. Да и не испытывала я одержимости или привязанности. Просто не могла выкинуть из головы его имя. Необычное, но определенно подходящее владельцу. Загадочное, как он сам.
Снова вспоминаю его прощальные слова. В благодарность за помощь он предложил оказать ответную услугу. Разум продолжает упорно твердить, что верить словам душевнобольных нецелесообразно и вредно для мозга, но в глубине души я необъяснимо цепляюсь за эту возможность увидеть его еще разок. Сама не осознаю почему. Вот только желание поговорить с ним неуклонно растет с течением времени. Я выставила его, даже не дав закончить историю. Может, на самом деле мне хочется докопаться до истины?
***
Возвращаюсь с работы, на часах за полночь. Да-а, сегодня я задержалась. Никогда еще не уходила позже девяти. Сегодня меня попросили закончить оформление еще десяти историй, и в результате я опоздала на последний автобус. Ладно, не беда, от метро идти не так далеко, минут двадцать, не больше. А свежий воздух и ходьба полезны для здоровья.
Закидываю рюкзак на спину и плетусь в сторону дома. Желтые шарики фонарей освещают автостраду, вдоль которой иду, и я от скуки решаю посчитать их. Машины в такой час редки, я лениво подсчитываю еще и их, загибая пальцы на руках.
Спешу добраться до дома, в ночное время всегда чудятся убийцы и маньяки. Мне все говорят, что я слишком мнительная, но ничего не могу с собой поделать. А чтобы не удариться в панику, даже завела привычку отвлекаться на что-нибудь. Сегодня выбор пал на тусклые шарики — самое унылое занятие из всех. Щурюсь, поднимая голову и провожая взглядом очередной фонарь. Одиннадцатый.