***
Очнулась я дома на собственном диване, решительно распахивая глаза. В теле ощущается небольшая слабость, но я твердо намерена все выяснить сегодня. Несуразно шебуршусь, выбираясь из одеяла, и внезапно натыкаюсь взглядом на своего спасителя. Он сидит на самом краешке и задумчиво разглядывает меня. Смущаюсь под его пытливым взглядом, поднимаюсь выше, подтягивая колени к груди и кладу на них голову. Оба молчим. Из окна бьет солнечный свет, озаряя загадочного гостя. Мой нос улавливает безумно ароматный запах каши с клубникой, но еда интересует в последнюю очередь. А он не стремится рассказывать. Придется начать самой.
— Спасибо за помощь, — благодарю я, не отрываясь от очаровательных глаз. Они снова выглядели как человеческие, кроме цвета.
— Я отплатил долг, миледи, — спокойным голосом отвечает мужчина, однако я замечаю нахмуренные брови и поджатые губы. Не вяжется с тихими умиротворением.
— И все-таки я благодарна, — не отступаю, активно соображая как узнать побольше. — Как ты услышал меня?
— Миледи, вы видели вчера, что я совсем не человек. Обещав вам помощь, я принес клятву и создал связь между нами. И через нее сразу же почувствовал, что вы в опасности, — произнес он еле слышно, взгляд упал на мои ноги. — Простите, я не успел прилететь раньше.
— Нет! Ты очень вовремя! — восклицаю я, отчетливо замечая, как он подавлен. — Я и не надеялась на спасение, но ты все-таки появился.
Эйден не смотрит на меня, и я чувствую исходящую от него тревогу. Подползаю ближе и осторожно накрываю ладонь своей. Он не отдергивает, только смотрит, как я несмело переплетаю наши пальцы. Никакого подтекста, просто молчаливое выражение поддержки.
— Расскажи, почему ты здесь и кто этот другой? — я продолжаю разговор, начатый полтора месяца назад. Эйден усмехается, наконец взглянув на меня.
— Миледи, вы удивительны, — слышу изумление в голосе и сама отворачиваюсь.
— Кого ты ищешь? Может, я смогу помочь? — чувствую, что неотвратимо краснею. Он встает и тянет меня за собой. Поднимаюсь, не до конца осознавая происходящее. Эйден медленно преклоняет передо мной колено и почти невесомо касается губами тыльной стороны запястья. От потрясения теряю дар речи.
— Ваша щедрость не знает границ, — восхищенно шепчет он. Отдергиваю руку: его дыхание непривычно щекочет пальцы. — Миледи, я разыскиваю душу, исчезнувшую из моего мира. И вы очень похожи на нее.
— Погоди, ты же искал любимую, — непонимающе вопрошаю я, припоминая тот разговор. Он поднимается, пронизывающе смотрит на меня, и я отвожу глаза, снова краснея. Не понимаю, почему вдруг стала так реагировать, и боюсь даже взглянуть на него.
— Прошу, пройдемте к столу, — приглашает Эйден, указывая в сторону кухни. Послушно следую за ним, сердце неистово бьется, мне не хватает воздуха. Что это со мной?
Он галантно отодвигает для меня стул, и я сажусь за стол. Сервировка на высоте, все, как я помнила с того раза. Нюх не подвел, овсяная каша передо мной украшена свежими ягодами клубники, образуя трилистник. Снова замечаю, что накрыто только на одного, и уже вскидываю голову, готовая возмутиться, как меня перебивают:
— Миледи, мне не нужна пища так часто. Сегодня я не смогу разделить с вами трапезу.
Я киваю на стул: не хочешь есть, тогда хотя бы сядь рядом. Не могу видеть, как он стоит. Эйден обреченно смотрит на меня и через несколько долгих минут тишины садится рядом.
— Рассказывай, — бодро прошу я, взяв в руки ложку.
— Хорошо, миледи, — кивает он. Покорность немного удивляет, в прошлый раз я не смогла вытянуть ни слова. Невольно замечаю, как взгляд сапфиров рассеялся, но стараюсь не придавать этому значения.
— Другие миры отделены от вашего завесой, — начинает Эйден. Я пытаюсь жевать и одновременно слушать. — Для перемещения можно использовать специальные порталы или артефакты. Драконы для этого используют крылья, они обладают нужной силой, — я поперхнулась, а он продолжил. — Ангелы, обитающие вне миров, следят за тем, чтобы вселенские законы не нарушались. Если существа из других миров станут приходить сюда, люди быстро вымрут. Вы очень слабы, и ангелы пристально следят, чтобы вы не подвергались излишней опасности.
Никак не могу удержаться от вопроса:
— А зачем им это?
— Это — работа, данная им Создателем. Я не выяснял подробнее, миледи, — пояснил он.
Задумываюсь над тем, что и у этих существ есть свой мотив, но помалкиваю. Вместо этого спрашиваю: