Через полторы недели, в пятницу вечером, к Михаилу Сергеевичу приехали дочь, зять и внуки.
Елена накануне предупредила его, что пока он общается с семьёй, она приходить не будет. Ему пришлось согласиться, потому что Елена, когда хотела, могла быть очень упорной и несговорчивой.
В субботу Елену разбудили два детских голоса, громко зовущие её: к ней в гости пришли Тёма и Стёпа. Она даже не ожидала, что так им обрадуется. Они пили чай, повторяли то, что изучали. Разучили новые чистоговорки. Наигрались с Кузей. Мальчики рассказали, что вчера заезжали на "Поляну сказок", и нашли там много земляники. Елена подумала, что нужно будет прогуляться туда, пока нет шахматных "турниров", и она предоставлена сама себе.
Потом за мальчиками пришёл отец, высокий молодой человек, светловолосый, в очках. Ему было очень любопытно, потому что Тёма по-прежнему был уверен, что соседка деда - Мэри Поппинс, и всем об этом рассказывал. Александр, - так звали отца мальчиков, - работал инженером на железной дороге. В общении он оказался достаточно лёгким, они поговорили о мальчиках, Елена рассказала о нескольких простых, но очень эффективных логопедических упражнениях, и гости ушли.
Елена отправилась поливать цветы. Она видела, что они все там сидят на террасе, и Михаил Сергеевич не спускает с неё, Елены, глаз, наблюдает через забор.
Он скучал по ней. Хорошо внукам, захотели и пошли к ней. И она им рада. Почему у взрослых всё так сложно?
После обеда Елена прогулялась до "Поляны сказок". Прошла по краю леса, и действительно, нашла землянику. Наелась, насобирала с собой на длинные травинки, как в детстве. И решила, что завтра снова придёт туда.
В воскресенье после обеда Елена вновь пошла за земляникой. Соседи собирались топить баню, судя по разговорам, а во второй половине дня дети и внуки Михаила Сергеевича должны были уехать в город.
Елена гуляла, не замечая времени, углубляясь всё дальше в лес, потом возвращаясь. Оказалось, что почти шесть часов вечера. Елена решила сделать ещё один небольшой заход, а когда вернулась на поляну, обнаружила, что поднялся очень сильный ветер, а небо закрыто чёрной рваной тучей. Сверкнула первая молния, и гром раздался довольно скоро: гроза была совсем рядом. Елена заметалась, она с детства ужасно боялась грозы. Бежать домой поздно: в грозу лучше в чистом поле не оказываться. Прятаться под деревьями нельзя, под всякими деревянными "грибками" на поляне тоже. Хлынул дождь стеной. Дрожа от страха и холода, и плача, Елена стояла в лесу около поляны. Дождь был такой силы, что лес уже давно от него не спасал. Елена промокла до нитки: она уходила из дома в разгар жары, надев майку и шорты.
Вдруг она заметила приближающуюся машину, и узнала эту машину. Елена не могла поверить своему счастью: Михаил Сергеевич понял, где она, и спешил ей на помощь.
Он выпрыгнул из машины, не заглушив двигатель, держа в руках большой плед. Быстро накинул плед на Елену, и через минуту они уже ехали в сторону дачного посёлка. Полностью деморализованная ситуацией Елена рыдала от стресса и острого чувства облегчения, уткнувшись головой в колени Михаила Сергеевича. Он одной рукой держал руль, а второй периодически гладил голову Елены и пытался успокоить:
- Тихо, тихо. Всё хорошо. Сейчас приедем, и пойдёте греться в баню.
Глава четвёртая
Они доехали очень быстро. Михаил Сергеевич сразу повёл немного успокоившуюся Елену к бане.
- Там не жарко, но ещё очень тепло. Всю одежду бросайте в стиральную машинку, я потом запущу. В сушилке моментально высохнет. Наденете вот это, - и он сунул ей в руки большой, мягкий синий халат. - Я тут жду вас.
Он опустился на скамейку, стоящую в коридоре, ведущем из бани в дом.
Елена вышла через полчаса. Она совсем успокоилась, согрелась.
Они прошли в гостиную, где Михаил Сергеевич усадил Елену на диван и дал ей в руки стакан с янтарной жидкостью.
- Это коньяк. Не надо так смотреть, пейте! Изнутри тоже надо согреться немного, и напряжение снять. Давайте, давайте, тут совсем чуть-чуть!
Он проследил, чтобы Елена всё допила, укрыл ей ноги пледом.
- Дайте воды, пожалуйста, - просипела Елена. От коньяка слёзы выступили на глазах.
Он принёс ей воду, Елена попила, поставила стакан на журнальный столик.
- А где Кузя?
- Я звал его в дом, но он предпочёл остаться на террасе, наблюдать стихию. Когда мы приехали, я его видел, он так и сидел там.