Осторожно притворив за собой дверь кабинета, он подошел к столу и к своему изумлению обнаружил там все договора и копии. Они аккуратной стопочкой лежали по центру стола. Из приемной в это время доносились странные звуки. Иван тихо подошел к двери и прислушался.
- Ты полный идиот, - сквозь слезы говорила кому-то Марина. - Ты хоть представляешь, в каком дерьме ты меня вывалял? Я столько времени потратила, чтобы создать себе приличную репутацию - и все в один момент рухнуло.
- Успокойся, - раздался глухой мужской голос. Кому он принадлежал, Иван сообразить пока не мог.
- Ты что думаешь, я всю жизнь собираюсь бумажками шелестеть? У меня, между прочим, приличное образование, у меня папа...
- Да-да, не забыл, - перебил он ее.
- Что ты не забыл, кретин?
- Ничего не забыл - и что ты умная, и что папа твой - белая кость.
Теперь Иван понял, кому принадлежал голос. Это был Родион, курьер.
Весьма странная дружба, подумал он. Родион, конечно, красавчик, но...
- Прекрати истерику, Марина, - увещевал тот секретаршу. - Ну, хочешь, я сам все ему расскажу?
Всхлипывания прекратились.
- Только посмей, слышишь? Я тебя... Я не знаю, что я тогда с тобой сделаю. Убью...
- Вот это круто будет, - с восхищением произнес Родион. - Журналюги от восторга захлебнутся!
- И откуда у тебя такое самомнение, курьер? - насмешливо протянула Марина и тяжело вздохнула.
- Глупая ты, Мариша. Представь себе заголовок: "Мегас" - кузница трупов"... И далее жуткий рассказ про то, как здесь убивают, не глядя, можно сказать, не считаясь - хозяин ты или простой курьер! Косят, косят...
Раздался громкий шлепок, затем жалобный голос Родиона:
- Маруся, больно, между прочим! И бумажки свои испортила, погляди...
- Курьер, еще раз назовешь меня Марусей, и я за себя не отвечаю...
Иван на цыпочках отошел от двери и осторожно, стараясь не шуметь, переложил документы в сейф. Затем он вышел из кабинета и запер дверь на замок.
Иван вышел из офиса и уже направлялся к машине, когда его обогнал Родион.
- Здравствуйте! - оглянулся он на Ивана.
- Как дела, Родион? - спросил Иван, и курьеру пришлось притормозить.
- Да вроде бы все в порядке, Иван Владимирович, - осторожно ответил он, несколько удивившись вниманием к своей персоне.
- Все бегаешь? - Иван сверлил глазами шустрого парнишку.
Родион слегка растерялся:
- Ну, в принципе, да... Работа такая, - он переминался с ноги на ногу, готовый в любой момент сорваться с места.
- Не надоело, Родион?
- Что, не надоело? - совсем растерялся курьер и перестал сучить ногами.
- Бегать, спрашиваю, не надоело? - Иван неторопливо достал ключи от машины, все еще не сводя глаз с молодого человека.
- Если честно, то не надоело, - курьер немного расслабился. - В этой работе есть большое преимущество.
- Это какое же? - искренне удивился Иван.
- А такое: ноги бегают, а голова свободна для размышлений. Это дорогого стоит!
- Смотря о чем думать, философ, - съязвил Иван. - Ну, беги дальше, только под ноги смотри, а то задумаешься и бегалки переломаешь, - как бы, между прочим, заметил Иван и нажал на кнопочку сигнализации в машине. Курьер почувствовал, что по какой-то, неведомой ему, причине он впал в немилость, а Иван разозлился на себя за то, что не смог скрыть раздражения.
- Бывай! - Иван сделал над собой усилие и, приветливо улыбнувшись, махнул рукой.
- До свидания, Иван Владимирович, - кивнул Родион и неторопливо пошел в сторону автобусной остановки. Бежать ему, похоже, расхотелось.
Иван сидел в салоне автомобиля и не трогался с места. Появилось ощущение гнетущего одиночества. На территории его же компании происходят какие-то непонятные вещи, бурлит какая-то непонятная ему жизнь. А где здесь его место? Поговорить не с кем, доверять никому нельзя. Убрали Павла. Где гарантии, что следующим будет не он?... Старею, наверное. Иван потер ладонями лицо. Точно, старею, раз на молодых злиться начал. Завидую...Он криво усмехнулся своему отражению в зеркале. Господи, неужели я тоже был таким бесшабашным и веселым, как они? Наверное, был.
Иван включил негромко приемник и тронулся с места. Зазвонил мобильник.
- Да, мама, слушаю...
- Ваня, сынок, ты не очень сейчас занят? - раздался в трубке голос, принадлежавший единственному человеку, которому можно доверять на все сто. Но здесь другая загвоздка - ни пугать, ни огорчать нельзя.
- А что ты хотела? - поинтересовался он.
- Понимаешь, я тут застряла недалеко от тебя, на Васильевской. Не могу такси поймать, а время поджимает: опаздываю к массажисту.