- Иван, я не верю в его чуткость, - Лара горестно усмехнулась. - Я, честно, не знаю, что у Павла с ним было, но, похоже, траектории их полетов где-то жестко пересеклись. Вряд ли я узнаю когда-нибудь правду, но, чует мое сердце, он намерен придти ко мне еще раз и уже совсем не для того, чтобы выражать сочувствие.
- Лара, что это значит? - Иван совсем растерялся. - Надо же что-то предпринимать, в конце концов?
Лара тихо засмеялась.
- Ничего не надо предпринимать. По-настоящему, это мне ничем не грозит, поверь.
- Нет, ты меня нисколько не успокоила. Я сегодня же с ним поговорю.
- Ты можешь выполнить мою единственную просьбу? Я ведь не так часто тебя о чем-либо прошу, согласись? - в ее голосе появились материнские нотки. Ивану стало неловко.
- Ты меня вообще никогда и ни о чем не просишь, - разочарованно сказал он.
- Тем более. Ни в коем случае не говори обо мне с Брилевым. Завтра ты, если сможешь, заедешь ко мне, и мы примем решение, что делать дальше. Милиция в таких делах плохой помощник. И по телефону серьезные вещи не решаются. Я буду одна, никакие подруги нам не помешают. Договорились?
- Как скажешь, завтра так завтра.
- Спокойной ночи.
- Иван, ты куда запропастился?
Семен Львович медленно потягивал из бокала красное вино. На столе стояло большое блюдо с заливной рыбой, в тарелке матово лоснился сыр, в вазе лежали фрукты.
- Как хочешь, а заказ я сделал сам. Вкус у меня, извини, консервативный, так что ничего из этих новомодных морских гадов, теплых салатов и прочей белиберды сегодня не будет. Не возражаешь?
- Доверяю вам всецело, - Иван сделал легкий поклон в знак благодарности и сел напротив Бокова.
- Тебе я заказал белое вино к стерляди, - кивнул он в сторону заливной рыбы. Сам я как-то лучше усваиваю только красные напитки. На горячее, между прочим, будет "седло барашка". Думаю, что ты давно не вкушал этого блюда.
Иван оторопело смотрел на доктора.
- И здесь такое подают?
Семен Львович сделал многозначительный жест головой.
- Для постоянных клиентов нет ничего невозможного, - ответил он.
Он налил Ивану в бокал белого вина.
- Ну что, за твое посвящение в клуб "Оникс", - произнес он тост и поднял свой бокал.
Они негромко чокнулись. Спустя несколько минут, Иван, оглядевшись по сторонам, спросил:
- Насколько я понял, здесь есть просто люди с улицы, которые зашли поужинать.
- Само собой, - кивнул Семен Львович. - Это никому не возбраняется.
- А как же представление для избранных?
Семен Львович показал глазами в сторону небольшой двери у сцены.
- Видишь ту дверь? Потом мы пойдем туда. Только перед этим, Ваня, с тобой подпишут своего рода небольшое соглашение.
- Небольшое соглашение?
Боков промокнул рот салфеткой и, понизив голос, пояснил:
- Да, небольшое соглашение на довольно большую сумму.
В глазах Ивана блеснул азартный огонек.
- Это что-то новенькое, Семен Львович. Про большие суммы я бы предпочел знать заранее, - изобразил он настороженность.
Боков беспечно махнул рукой.
- Можешь не волноваться. С тебя они не получат ни копейки. Я в этом уверен, - авторитетно заявил он.
- Как это? - спросил ничего не понимающий Иван.
- Как, впрочем, и с меня, - он рассмеялся тихим смехом, в котором, однако, звучали демонические нотки. - На мне они прокололись, сами того не ожидая.
Семен Львович оглянулся по сторонам и слегка приблизился к Ивану.
- Брилев задумал хитрую штуку. Ты подписываешь договор, в котором обязуешься ни под каким предлогом не вступать в какие-либо отношения с участницами танца. Даже простое знакомство под строгим запретом. В противном случае, ты выплачиваешь клубу такие штрафные, что у тебя пропадает не только желание, но, как мне кажется, и возможности.
Иван недоуменно пожал плечами.
- И что это так сложно?
Семен Львович, положив в рот изрядный кусок стерляди, лукаво посмотрел на Ивана.
- Сложно, Ваня, очень сложно. Девушки, хочу заметить, у него редкой красоты. И где он, паршивец, их берет - неизвестно. Мужики нет-нет, да и срываются.
- И как же в таком случае этот вопрос решается лично у вас? - Иван хитро прищурил глаза.
Семен Львович отхлебнул из бокала и удовлетворенно откинулся на спинку стула.
- Они ведь как мыслят? Если мужчина замечен в многочисленных романах, то все - он их клиент. Глупцы! - выражение брезгливости, промелькнувшее на его лице, тут же сменилось непроницаемой маской. - Я люблю женщин, а не их тела, сколь бы совершенны они не были. Меня манит загадочность их натуры, непредсказуемость поведения, даже их стервозность, в конце концов. А тело... Оценить могу, но сделать это главным аргументом - нет, это не мой стиль. А эти типы, - Семен Львович повел бровями в сторону зала, - решительно ничего не понимают в женщинах.