— Ну что сказать... Приму твои слова с радостью, что ли, — пробормотал я, разминая шею. — Похоже на то, что я стал... умнее? И, кстати, Тёма, что с моим новым скафандром?
«Артём, скафандр, как и излюбленные тобой охотничьи винтовки, уже погружены на транспортную платформу. В принципе, мы можем покинуть «Ковчег».»
— И это замечательно. Слава, наверное, уже даже заждался. Ну, в смысле, меня... и тебя. В общем, нас. Погнали обратно.
Вся процедура, включая дорогу туда-обратно и сканирование, заняла меньше часа. Подлетев к «Быстрому», я сразу облачился в новый скафандр, прихватил две знакомых, идеально сбалансированных винтовки и спрыгнул с платформы.
В открытой аппарели курьерского корабля меня уже ждал Слава. Я прошёл в грузовой отсек, разоблачился, повесил скафандр на стойку и занял место на небольшом диванчике рядом с креслом пилота.
— Слав, ну что, разобрался с литием?
— Да, Артём, фура уже едет к месту назначения.
— Ну тогда открывай переход на Землю. Летим в Венесуэлу.
Корабль, который я приобрёл для Славы, был действительно более новым и совершенным. «Быстрый» вздрогнул, поднялся на необходимую высоту и нырнул в пространственный переход. На главном экране замелькали знакомые, но от этого не менее гипнотические картины: унылые серо-белые просторы средней полосы России, проносившиеся со скоростью мысли, сменились ярко-зелёным ковром тропических лесов, прорезанных коричневыми лентами рек. Перелёт из России в душную, влажную глубинку тропической Венесуэлы занял всего 2 часа 13 минут.
«Быстрый» бесшумно и аккуратно приземлился на затерянной в джунглях заросшей площадке, рядом с которой виднелись крыши лачуг и пальмовые навесы. Мы переглянулись и направились к своим скафандрам. Пора было облачаться. Предстояла не прогулка, а деловая встреча. И, как всегда в этом бизнесе, лучше было быть готовым ко всему.
Облачившись в скафандры и взяв в руки оружие, мы вышли из корабля в тропический, влажный воздух, густой от запахов гниющих растений, сырой земли и чего-то ещё, сладковатого и незнакомого. Первое, что мы увидели, была группа встречи.
— Команду встречи видишь? — тихо процедил я Славе. — Какие молодцы, уже надрессированные.
— Конечно, я предупредил их заранее, ещё до нашего отлёта, — так же тихо отозвался он.
Десяток коренастых, загорелых до черноты мужчин в камуфляжных штанах и чёрных майках. У каждого через плечо — автомат Калашникова, ствол смотрел в землю. На разгрузках болтались дополнительные рожки. Но главным отличием от прошлого раза были украшения. Золото. Много золота. Тяжёлые, грубые цепи, толстые браслеты, массивные перстни с крупными, дешёвыми камнями — всё это откровенно и вычурно блестело в пробивающемся сквозь листву солнце.
В центре группы стоял их лидер — тучный мужчина с одутловатым, потным лицом, скрытым за тёмными очками. Он был одет в светлый, слегка помятый костюм, который явно ему жал. И он был усыпан золотом так, что звенел при каждом движении. На голове — бежевая шляпа. Несмотря на внешность, выражение его лица было улыбчивым, почти вежливым.
— Ты молодец, Слава, — сказал я уже вслух. — Ну, давай, приступай к товарообмену. А я посмотрю.
Слава кивнул и уверенным шагом двинулся к группе. В одной руке он держал винтовку стволом вниз, в другой — золотой слиток в пять килограммов, который ярко сверкал на фоне его чёрного скафандра. Он протянул слиток лидеру. Тот взял его, не глядя передал одному из своих, и лязгнул зубами в широкой улыбке, что-то быстро говоря по-испански. Слава кивал, а затем повелительным жестом указал свободной рукой на открытую аппарель «Быстрого».
Молчаливые охранники начали действовать. Они быстро разгрузили с подошедшего старого грузовика несколько прочных, серых полипропиленовых мешков и аккуратно, с почти что церемониальной точностью, начали складывать их внутри корабля. На взгляд я прикинул — это было существенно больше трёхсот килограммов. Я бы даже сказал — полтонны. Мою догадку позже подтвердил Слава.
Когда последний мешок был уложен, наркопроизводители так же молча отступили. Лидер в панаме весело помахал нам рукой, явно довольный сделкой. Мы с Славой, повернувшись к ним спиной, зашли на аппарель, и она с мягким шипением закрылась.
Внутри, в относительной безопасности, мы разоблачились.
— Слава, мне показалось, товара существенно больше, — констатировал я, снимая шлем.