Погода была идеальной. Солнце светило ярко, но не жгло, одаривая теплом, а ветер практически отсутствовал. Мы прекрасно разместились на песчаном берегу. Я разжёг угли в эрзац-мангале и, пока они покрывались благородной сединой, наслаждался видом: Эльза расстилала покрывало, Мира бегала по кромке воды, пуская «блинчики» из плоских камешков.
— Пап, смотри, пароход плывёт! — вдруг закричала дочь, указывая вдаль.
Я взглянул. И действительно, по гладкой, серебристой глади Волги медленно и величаво двигался наливной танкер. Моим почти идеальным, подправленным медициной зрением я различил название на борту: «ВОЛГАНЕФТЬ» и часть номера, который не смог разглядеть из-за расстояния.
— Прикольно, — улыбнулся я. — Пораньше, видать, навигация открылась.
Дочь, захлёбываясь от восторга, подпрыгивала на месте и махала рукой огромному судну. Добрые эмоции, доброжелательная атмосфера — всё было идеально. Всё было хорошо.
И вот, наконец, пришло время снимать пробу. Конечно же, первый кусочек я снял на вилку и протянул нашей мамочке.
— Ммм... Как вкусно! — она закрыла глаза от удовольствия.
— И мне, и мне кусочек! — немедленно заявила дочь.
— Подожди, горячий! Сейчас наколю, передам, — остановила её жена.
Я бережно стягивал с шампуров сочные, зажаристые снаружи и нежные внутри кусочки, выкладывая их на отдельную тарелку. Аромат стоял умопомрачительный. Ну вот, пришло время и для моего пива. Я взял кусочек позажаристей, с приличным прижарком, откусил, прожевал, наслаждаясь взрывом вкуса, и запил долгим, холодным глотком пива.
Пикник затянулся. Мы ели, смеялись над историями дочки, молча смотрели на воду, грелись на солнце. Дочь нашла длинную палку и устроила «раскопки» на песке, Эльза делала селфи на фоне реки.
Насытившись и нагулявшись, мы нехотя стали собираться. Аккуратно сложили остатки еды, собрали весь мусор (его было немного) в пакет. Мангал я, после недолгих раздумий, оставил прямо на берегу, аккуратно прислонив к коряге. Мало ли, может, кому-то пригодится. Частенько в молодости у нас с друзьями мангалами служили найденные неподалёку кирпичи, а тут — почти настоящий, всего раз использованный. А вдруг да и осчастливит кого-то?
Вернулись домой сытые, довольные и... если честно признаться, немного уставшие. Не знаю, с чем это связано, но отдых на природе по завершении оставляет серьёзное чувство приятной, ленивой усталости.
В общем, мы кое-как добрались до дивана. Я включил телевизор, выбрал свой любимый Discovery, где шла передача про ловлю гигантского сома где-то в дельте Амазонки. Эльза просто привалилась к моему плечу, а дочь устроила себе подушку из моих ног. Обе уткнулись в экраны своих телефонов, изредка перебрасываясь репликами. Я же, гладя жену по волосам и чувствуя под коленками тёплую спину дочери, наслаждался этим моментом абсолютного, безмятежного покоя. И, кажется, под мерный голос ведущего и ровное дыхание любимых, я ненадолго, безмятежно задремал.
Я резко проснулся в тот момент, когда Эльза попыталась встать с дивана. Конечно, она старалась сделать это очень аккуратно, но в последнее время моя чувствительность ко всему — к движениям, звукам, даже к изменению давления в комнате — возросла до почти неестественного уровня. Моё тело среагировало раньше сознания.
— Мам, ты куда? — сонно пробурчала дочь.
— Ужин готовить, — прошептала Эльза.
— Тебе помочь? — тут же спросил я, уже полностью проснувшийся.
— Сама справлюсь.
Спать на диване, да ещё в сидяче-лёжачем положении, мне никогда не нравилось — спина затекала. Поэтому я тоже поднялся, с хрустом размяв шею и плечи. Мельком глянул в окно — и замер. Во дворе, у калитки, стоял чёрный KIA Славы. Очень интересно. Когда мы возвращались с пикника, его машины не было. Значит, он прибыл пока мы были дома. Взглянул на часы — около трёх часов назад, не ранее.
— Пойду прогуляюсь до стоянки кораблей, — пробормотал я себе под нос. — Может, он уже успел вернуться.
Проходя мимо кухни, услышал вопрос жены:
— Артём, ты куда?
— Да выйду во двор, посмотрю, что там Славина машина стоит.
— Хорошо, сходи, посмотри. Славе привет передавай.
Вышел во двор. Вечерний воздух был прохладным и свежим после дневного тепла. Я сразу направился к переходу в сарае. Мгновение — и я уже на той стороне, на Плацдарме. Тёплый, почти летний вечер встретил меня запахом нагретой за день травы и далёким шумом реки.
Не спеша пошёл к тому месту, где оставил свою любимую транспортную платформу. Дойдя до неё, удобно устроился в кресле оператора, поднял платформу на метр от земли и бесшумно полетел к палаточному лагерю. Отсюда, с небольшого пригорка, открывался отличный вид на площадку, где парковались наши космические корабли.