— Господин Артём, добро пожаловать. Рады вас видеть. Чем могу быть полезен? — его голос был бархатистым и безличным.
— Хочу пополнить счёт, — коротко сказал я.
— С удовольствием помогу вам.
В этот момент ко мне бесшумно подлетел и завис на уровне груди парящий терминал с тёмным, матовым экраном. На нём светилась надпись: «Приложите цифровой носитель».
Я на секунду задумался, какой из трёх кристаллов использовать. Выбрал тот, что потяжелее — с 40 с лишним миллионами кредитов от Славы. Достал его из внутреннего кармана и приложил к указанной области на терминале.
Экран вспыхнул, по нему пробежали строчки кода. Проекция сотрудника тут же отреагировала:
— Операция произведена успешно. Сорок два миллиона триста пятьдесят тысяч кредитов зачислены на ваш лицевой счёт. Баланс обновлён. Всё ли вас устраивает?
— Всё устраивает, спасибо, — кивнул я, забирая кристалл.
— Хорошего дня, господин Артём.
Я вышел из банка, откровенно порадовавшись. Вся процедура заняла меньше минуты. Ни паспортов, ни вопросов, ни подозрительных взглядов на крупную сумму. Чистая, отлаженная технология для клиентов определённого уровня. Именно за это я и ценил серьёзные финансовые институты.
Я уже был на полпути обратно к апартаментам, когда Тёма ко мне обратился.
— Артём, получено сообщение от Вячеслава. Он передал коммерческие предложения, обнаруженные на станции «Демонов Ночи».
В моём поле зрения развернулись сводные таблицы и спецификации.
— В наличии имеются:
Мобильная верфь класса «Кузница».
Происхождение: предположительно, трофей с верфи Военно-космических сил Республики Рампала. Состояние: б/у, но с невыработанным ресурсом силового каркаса (78%). Вместимость: до лёгкого крейсера. Цена: 67 млн. кредитов.
Промышленный синтезатор «Гефест»
(именно та модель, что мы рассматривали). Состояние: конфискован у банкротящейся корпорации, на хранении 2 года. Комплект матриц для печати деталей крейсерского класса входит в стоимость. Цена: 31 млн. кредитов.
Дройды-монтажники серии «Клещ-12».
Партия 24 единицы. Происхождение: списанное оборудование с судостроительной верфи Мира Фатх после модернизации. Цена за единицу: 95 тыс. кредитов. Партия: 2.28 млн.
Тёма сделал микро-паузу, и рядом с пиратскими предложениями возникли колонки с данными с легальных площадок.
— Я провёл сравнительный анализ. Аналогичная верфь на рынке Мира Фатх стоит от 85 млн. Такой же синтезатор — от 40-45 млн. Стоимость новых дройдов «Клещ-12» начинается от 150 тыс. за штуку.
Вывод: Предложения на пиратской станции более привлекательны по цене. Суммарная экономия при покупке всего пакета составит ориентировочно 30-35 миллионов кредитов. Риски: происхождение оборудования, отсутствие гарантии, возможное скрытое ПО или «закладки» в системах дройдов.
Я мысленно присвистнул. Я, конечно, предполагал, что у пиратов будет дешевле, но не настолько.
— Делать нечего, — пробормотал я вслух, уже предвидя хлопоты. — Придётся брать тот тяжёлый буксир, что я оставил на внешнем рейде. И лететь на станцию «Демонов Ночи» самому.
Мысль о визите к пиратам за таким лотом не вызывала энтузиазма. Но альтернатива — выбросить на ветер десятки миллионов — была ещё менее привлекательной.
Мысленно прикинув все риски и варианты, я всё же решил дождаться возвращения Славы. Это было логичнее: пока мы будем летать на пиратскую станцию за приобретениями, корабль Вячеслава, «Быстрый», будет простаивать. А если он останется здесь, то за то же время сможет пройти глубокую модернизацию. Так я сэкономлю не только деньги, но и самый ценный ресурс — время.
Приняв решение, я позволил себе небольшой отдых. Вернувшись в апартаменты, первым делом подошёл к продвинутому пищевому синтезатору, встроенному в стену. Через несколько минут синтезатор тихо пропищал. На подносе дымились: тарелка наваристых, румяных пельменей со сметаной, порция хрустящей жареной картошки с грибами и луком, и тарелочка с кисло-сладкими солёными огурчиками. Но главным сюрпризом стали два небольших стаканчика из толстого стекла, в которых плескалась кристально чистая жидкость.
— Тёма, это то, что я думаю? — мысленно спросил я, беря один стаканчик.
— На основании анализа нескольких тысяч исторических рецептов и молекулярного состава эталонных образцов я скорректировал синтез. Данная субстанция должна максимально точно соответствовать классической русской водке, — ответил Искин.