— Тёма, захват, — скомандовал я.
С нижней части корпуса буксира с шипением выстрелили четыре толстенных композитных троса с ракетными ускорителями на концах. Две пары умчались к верфи, две — к синтезатору. Тросы натянулись, приняв на себя невероятную нагрузку. На экране телеметрии загорелись зелёные индикаторы.
«Захват осуществлён. Нагрузка в пределах нормы, — доложил Тёма. — Системы буксировки готовы.»
Я убедился, что наши новые приобретения зафиксированы намертво.
— Отлично. Разгоняемся. Курс — сектор Омега-9. Прыжок по готовности.
Буксир, тяжело урча двигателями, начал набирать скорость. Когда индикатор прыжка загорелся зелёным, я отдал последнюю команду:
— Прыгаем.
Буксир и его ценный груз дрогнули и провалились в прыжок, направляясь к месту, где возрождался мой флот.
Вспомнив прошлый инцидент, когда на «Грифон» в этом самом секторе напал пиратский крейсер, я сразу после выхода из прыжка мысленно отдал приказ:
— Тёма, полное сканирование пространства. Проверь всё на предмет чужих кораблей, засад, скрытых сигнатур.
Ответ пришёл почти мгновенно. Голос Искина звучал плоским, безэмоциональным тоном, что само по себе было обнадёживающим.
«Полное сканирование завершено. В радиусе десяти астрономических единиц от точки выхода не обнаружено активных энергетических сигнатур, двигательных следов или признаков маскированных кораблей. Сектор пуст. Уровень угрозы: минимальный.»
Я позволил себе выдохнуть, но полностью расслабляться было рано. Впереди нас ждало главное препятствие.
— Хорошо. Теперь — минные поля. Выстраивай курс.
«Курс проложен. Управление буксиром беру на себя.»
Громада буксира плавно развернулась и пошла на малой скорости к видимой границе заминированного пространства. Однако я снова обратился к Тёме с вопросом, который меня беспокоил:
— Тёма, не будет ли проблем с идентификацией? Раньше мы проходили эти поля на «Грифоне», у которого было специальное оборудование — мощные дешифраторы, антенны… Здесь же у нас буксир.
Ответ был точен и лаконичен:
«Проблем быть не должно. Коды безопасного прохода и сигнатуры «дружественного» судна были привязаны не к управляющему искину «Грифона», а к твоей нейросети и цифровому идентификатору. Транспондер буксира успешно эмулирует необходимые сигналы. Корабль и сцепленные с ним объекты уверенно пройдут минные поля.»
Расслабившись окончательно, я откинулся в кресле и перевёл взгляд на центральный экран. За моей спиной, на боковом диванчике, сидел Слава, и я слышал его тихое, почти благоговейное дыхание.
Картина, разворачивающаяся перед нами, и правда стоила того, чтобы замереть. Мы входили в первое поле. На экране оно выглядело как абсолютная чернота, но по мере нашего приближения сканеры выхватывали и подсвечивали объекты. Это были не просто шары со взрывчаткой. Это были сложные машины смерти, неподвижно висевшие в вакууме и образующие смертоносные поля.
Буксир, управляемый безупречной логикой Тёмы, начал своё медленное движение по образовавшемуся проходу. Иногда огромный корпус проплывал в считанных метрах от выдвинутой антенны мины. Световые точки на них то затухали, то вспыхивали ярче, будто слепые глаза пытались нас разглядеть, но не могли опознать врага.
Слава за всё это время не проронил ни слова. Я краем глаза видел, как он сидит с открытым от изумления ртом, впитывая каждую деталь этого опасного мероприятия.
И вот, наконец, последнее, четвёртое поле осталось позади. На экране исчезли подсвеченные силуэты мин, сменившись чистым звёздным полем.
«Минные поля пройдены, — доложил Тёма. — Перехожу на набор скорости к целевой точке.»
Буксир ускорился. Через двадцать минут на экране начали проступать сначала туманные, а потом всё более чёткие силуэты. Скопление кораблей. Мои корабли в секторе Омега-9.
Буксир стал плавно сбрасывать скорость, его двигатели перешли на режим торможения. Перед нами, словно застывшие во времени и пространстве, висели корпуса боевых кораблей в разной степени повреждённости.
Как описать картину, которую я увидел на главном экране, я не знал. Уезжая, я оставлял в этом секторе два линкора серии «Громовой Кулак» — ГК-112 и ГК-88, а также пару их «собратьев», служивших донорами запчастей. Сейчас же передо мной простиралась… армада. Точнее, гигантское, хаотичное кладбище и одновременно огромная судостроительная верфь. Сотни силуэтов кораблей всех классов и размеров висели на фоне звёзд. Но всё это меркло перед одним исполином, чей корпус буквально перекрывал обзор, заслоняя собой полнеба.