«Ладно, Тёма, — сказал я вслух, и мой голос прозвучал твёрже, чем когда-либо. — Пора в банк».
Следуя чётким указаниям Тёмы, я двинулся в путь. Мой вид был отталкивающим: комбинезон в нескольких местах прорван, на рукаве и брючине — бурые, почти чёрные пятна засохшей крови.
Путь на верхние уровни напоминал прохождение квеста на выживание. Лифтовая кабина довезла меня до 20-го уровня, где я был вынужден пройти через длинный переходной коридор, охраняемый частными бойцами СБ в сияющей полимерной броне. Их сканеры скользнули по мне, Тёма мгновенно предоставил им какой-то временный пропуск, и створы следующего лифта разошлись. Так повторялось несколько раз. Каждый новый уровень был словно отдельное государство со своими правилами. Эта система была отлично продумана, чтобы отсеять нежелательных «низших» элементов, не имеющих дел наверху.
И чем выше я поднимался к целевому сорок восьмому, тем разительнее менялось всё вокруг. Гул вентиляции сменялся тихой, едва слышной циркуляцией ароматизированного воздуха. Голый металл и протекающие трубы уступили место стенам, отделанным полированными композитными панелями с мягкой подсветкой. Под ногами вместо рифлёного грязного железа появилось упругое, чистое антистатическое покрытие. И люди… станционники здесь были другими. Их одежда — не практичная роба, а стильные, индивидуальные костюмы. Лица — ухоженные, без следов усталости и недосыпа. И что самое главное — на мой непрезентабельный вид никто не обращал внимания. Вернее, смотрели сквозь меня с холодной вежливостью, не позволяющей проявить любопытство или брезгливость. Я был для них пустым местом, и сейчас это меня более чем устраивало.
Филиал Центрального банка Содружества ПАМ на 48-м уровне был образцом футуристического дизайна. Помещение было выдержано в белых и серебристых тонах. Вместо мебели — левитирующие платформы, служившие сиденьями. В центре зала парил огромный, сложный голографический макет галактики, где мерцали тысячи звёздных систем. Воздух звенел от тихой, едва слышной работы скрытых механизмов.
Едва я пересёк порог, как из ничего передо мной собралась, словно из сияющей пыли, объёмная фигура голографического менеджера — элегантного человека в строгом костюме.
— Артём, — раздался его бархатный, синтезированный голос без единого вопроса в интонации. Система идентифицировала меня мгновенно. — Рады приветствовать вас. Чем можем быть полезны?
Менеджер был учтив и вежлив до безупречности. Для него я был не оборванцем с нижних палуб, а состоятельным клиентом, чьи биометрические данные значились в самых защищённых реестрах.
— Мне требуется обезличенный кристалл, — сказал я, и мой голос, к моему удивлению, прозвучал твёрдо и спокойно. — Три миллиона кредитов.
— Безусловно, — кивнул голограммный менеджер. — Сию минуту.
Он сделал едва заметный жест, и из-под пола бесшумно выплыла небольшая левитирующая платформа из матового чёрного материала. На ней, в лучах контрастной подсветки, лежал единственный предмет — прозрачный кристалл. Он был размером с фалангу большого пальца, но в нём заключалось состояние, о котором Ван не мог и мечтать. Я взял его.
Не задерживаясь ни секунды, я развернулся и направился к выходу. Следующая цель — медицинский блок на два уровня ниже.
Спуск дался проще. В медблоке, несмотря на мой вид, ко мне отнеслись с профессиональным безразличием. Вежливый администратор проводил меня к персональному менеджеру в безупречно белом халате.
— Чем можем помочь? — спросил он. Его взгляд был клинически чист, без тени осуждения.
— Мне требуется установка нейросети. Передовая модель, — заявил я.
— Отличный выбор, — менеджер оживился. — Мы можем предложить пакеты с предустановленными базами знаний: межпланетное право, экономика, юриспруденция, основы дипломатии…
— Нет, — я прервал его. — Только нейросеть. Чистая, без дополнений. И если можно… стандартный комбинезон. Без знаков отличия.
— Как пожелаете. Все ваши требования будут исполнены, — он кивнул, и в его глазах мелькнуло лёгкое удивление, быстро сменённое профессиональной маской.
Меня проводили в стерильно-белую кабину. В центре стояла медицинская капсула, напоминающая раскрытый кокон. Я лёг на прохладную поверхность, и прозрачный купол медленно опустился. К вискам прикоснулись два холодных электрода.
— Начинаем процедуру. Расслабьтесь, — прозвучал автоматический голос.
Я закрыл глаза и почувствовал, как по телу разливается лёгкая волна релаксанта. Сознание поплыло.