Пока дипломированные специалисты на «Светоче» продолжали неустанно колдовать над стальным монстром Франкенштейна, не имея иных серьёзных задач и не желая оставлять тусклых надежд на его триумфальное воскрешение, их куда более живые, но созданные человеческими руками собратья-спутники, заняв все полагавшиеся позиции, провели первую серию планетарной и лунной фотосъёмки, получив миллионы кадров поверхности. Их обработку и сведение в единые, бесшовные изображения возложили на Аргоса, который в свою очередь весьма по-человечески перепоручил эту унылую и монотонную работёнку на одну из нейросетей, которая в той же степени отличалась от истинного ИИ, в какой homo sapience отличается от самого совершенного швейного станка, безнадёжно уступая ему в какой-то одной конкретной задаче, но, даже при посредственности своих способностей, превосходя его во всём остальном.
Обе карты, Ноира и его луны, при первом же просмотре вызвали бурный интерес у команды и не сколько ответили на старые вопросы, сколько породили новые, ещё более сложные. К несказанной радости дипломатов и биологов, на первый взгляд безжизненная планета, на чьей неосвещённой стороне нельзя было различить и единого огонька — верного признака наличия больших и развитых городов, оказалась очень даже обитаема. На детализированных снимках стала различима не слишком богатая, но всё же многочисленная растительность, которая, правда, вся располагалась не просто вдоль воды, а росла прямо в ней на манер мангровых зарослей Земли, и упорно не желала выбираться на сушу. Нечто схожее наблюдалось и с поселениями разумных существ. Все они плотно примыкали к береговой линии морей или к рекам, нередко даже стояли на вбитых в мелководье сваях и всегда были окружены широкой, но не обязательно монументальной стеной, даже если это была маленькая деревушка из десятка домов. Сами же постройки в большинстве своём были невысоки и выглядели крайне архаично, так как возводились из диких камней, глиняных кирпичей или черепицы. Никаких небоскрёбов, промышленных комплексов, научных центров, развитой транспортной сети, обширных аэродромов, сложных космопортов, радарных систем не было и в помине, и подобную картину можно было наблюдать абсолютно по всей планете, на каждом континенте и на каждом острове, словно все её обитатели находились примерно на одной той же ступени цивилизационного развития, которая во многом соответствовала земным вавилонянам или ацтекам, если бы те выращивали рис наподобие китайцев, так как вместо типичных наземных полей возле многих речных поселений обнаруживались обширные заводи правильных форм, что выдавало из рукотворное происхождение.
Столь низко развитая цивилизация вызывала ажиотаж исключительно у двух единственных антропологов на корабле, в то время как взоры остальных учёных и астронавтов приковала к себе луна, на которой Аргос выделил неполную дюжину малых и больших стационарных баз, среди которых особенно выделялась одна, расположившаяся на уплощённом дне древнего кратера. Как и все прочие высоко технологические объекты в системе они не излучали радиосигналов и не подавали иных признаков жизни, так что вероятность долгожданного первого контакта с фаталистической беспощадностью стремилась к абсолютному нулю, однако же само её изучение сулило значительный шаг в разрешении загадки древней катастрофы.
По случаю этих открытий в главном зале «Светоча» было проведено собрание, на котором были зачитаны развернутые доклады исследовательских команд, а после состоялся общий совет, который должен был составить и принять дальнейший план действий. Если исключить всяческие детали, то выбирать приходилось между отправкой экспедиции к живым ноирянцам или мёртвым селенитам, как для удобства обозначили представителей лунной цивилизации в память о мифах человеческого прошлого. Подавляющим большинством голосов было принято решение сперва изучить опустошённые лунные колонии, из расчёта получить сведения, которые затем помогут при общении с ноирянами. Зато по вопросу о составе лунной экспедиции подобного единодушия уже не сложилось, и всё оставшееся время они провели в жарких дебатах как между группами специалистов, так и внутри них самих, потому что каждому хотелось первым отправиться навстречу неизвестному, и тем более все понимали, что те члены команды, которые первыми высадятся на луну, затем первыми же полетят и на Ноир, потому как, изучив останки и артефакты селенитов, они будут иметь лучшее представление об их братьях ноирянцах.