— стреляй, стреляй в него! — майор показывал пальцем на "уколотого". Как ни странно, но команду майора "открыть огонь" никто выполнять не торопился, резонно рассудив:
— Чёрт с ним, с дураком! Долго не продержится, он же раздетый, замёрзнет! И патроны в диске не бесконечные… кончатся! Ведь без ума палит! Товарищ майор, вы лучше выстрелы считайте, чтобы знать, когда диск закончится! — интересно, это о чьём "уме" тогда речь велась!?
Эх, если бы я не только демонстрировал фильмы, но и снимал бы их! Ведь дело происходило в начале марта, день был солнечный, что и нужно для съёмок на "натуре"! — но снимать то, чего сам не видел — нельзя.
Всё закончилось судом. Сколько "влепили" рецидивисту — не интересовался и не злорадствовал. Он, пожалуй, как все зеки, всегда мечтал взять в руки оружие и выпустить из него смерть. В кого — думаю, "уколотому" было безразлично.
Не злорадствовал ещё и потому, что новое место моё было лучше прежнего: служить под началом умного майора-технаря, или у забубённого и трусоватого замполита? Что же ты, майоришка, сам не стрелял в "обколовшегося" подчинённого!? Поди, у тебя было тогда табельное оружие?
Возраст тех событий — более полу века. Имя и фамилию уголовника-наркомана помню, но, согласно установленного собственного "Правила для внутреннего пользования" не упоминать имён и фамилий, не стану этого делать и сейчас.
Жив он сегодня? Пожалуй, "нет": какими бы богатырями "ширяльщики" не были, но "шприцевые" наркоманы долго не живут.
Есть ещё одно "правило", нарушение которого мы считаем неприличным. Похоже на то, как если бы кто-то стал интересоваться размером моей пенсии. "Правило" гласит: "о мёртвых или хорошо, или ничего". Два упомянутых правила постоянно нарушаю и никакого греха от таких нарушений не вижу.
Начну с хорошего:
"не глотай таблетки от незнакомых людей. От знакомых — тем более. Если всё же и глотаешь их, то не лошадиными дозами"!
Плохое — это железнодорожная накладка, пользуясь которой сволочь захотела "жить хорошо". Иногда пытаюсь войти в общение с душой первого, известного мне настоящего наркомана, но что-то плохо получается… "брыкается" душа.
Высказывания мои душа "друга" может "опротестовать в кассационном порядке сроком в десять дней":
— Понимаю: в теле, где ты обитала, было много физической силы, но денег при теле не было. А что значит сила без денег? Так, один мираж… Кто и когда надоумил тебя, что с помощью даденной силы ты можешь "обогатиться" — можно установить, но зачем? И заметь: не трудом сделать свою жизнь богаче, а инкассаторской сумкой.
Вывод: в сильном теле никогда не бывает большого ума, в теле всегда присутствует что-то одно из двух упомянутых даров.
Раскаяний от совершённого преступления он не испытывал. Непонятно такое: какая "высокая государственная" тупость выпустила его из зоны!? И какая, теперь уже другая, или всё та же, "высокоуровневая" глупость призвала наркомана "служить отечеству в рядах вооружённых сил"!?
* * *
Тайга, красавица архангельская тайга зимой!
Посадкой деревьев в архангельской области (губернии) я не занимался, но к противоположному и посильному деянию "руку приложил": вырубал её. Вопрос к прошлому:
"куда уходила древесина из архангельской тайги? Да и не только из архангельской"? — путь сегодняшней таёжной древесины меня не волнует.
Заокеанская держава назвала часть своей территории "парком" и мигом лишила её красоты: парк — он и есть всего лишь "парк". Парк — место ограниченное, парк — он для прогулок, в парке царят "Правила поведения", кои требуется неукоснительно соблюдать. В заокеанских парках сказка отсутствует полностью…
Пребывая первую зиму в архангельской тайге, поразился природному явлению: в тайге сорок минусов Цельсия при абсолютной неподвижности воздуха не чувствуются так, как половина точно таких же минусов с ветром в казахской степи.
Три года "службы в рядах вооружённых сил" были для меня отличной "школой выживания". Может, и не совсем "школой выживания", скорее это было что-то очень похожее на "колонию-поселение", но не настоящую. От настоящей колонии "Бог миловал"