И только однажды не рассчитал прогиб спины, ударился хребтом о тягу тормозного устройства вагона и сломал дужку в позвоночнике. Спина болела совсем недолго, молодость не позволяла задерживаться на болезнях. Только в сорок лет, когда болезнь с названием "радикулит" временами переходила в нестерпимую боль, я узнал, побывав у рентгенологов, что у меня "сломана дужка четвёртого позвонка спинного отдела позвоночника" Но на "позвоночную грыжу", приобретённую при "выполнении трудовых обязанностей на строительстве коммунизма", сломанная дужка никак не влияла. Восхитительная боль, коя скрючивала многих "советских людей", называлась ничего не говорящим словом "радикулит" Удивить кого-то в отечестве нашем радикулитом — невозможное дело, никто, никогда и никого не удивлял радикулитом, поэтому я и старался о нём не вспоминать "Забыться" помогала жена словами:
— Ты или живи, или умирай, а со скрюченным не имею желания знаться — и поскольку она была медработником, то при очередном обострении брала у меня из вены кровь и….
— …её надо быстро вкалывать микропорциями в поверхность кожи, пока она не остыла и может пройти очень тонкое отверстие в игле. Игла тонкая, а кровь у тебя жирная. Обкалывать нужно в районе грыжи. У тебя она между третьим, и четвёртым позвонком — да какая мне разница, где эта грыжа поселилась! Главное в межпозвонковой грыже — это боль, а где она расположена — дело десятое! Варварский, не признаваемый официальной аллопатией, "подпольный", способ блокировать боль, назывался "аутогемотерапия" и помогал!
…ныне я, старый дурак, обожаю переходить улицу в неположенном месте. Если, разумеется, нет рядом, как тогда на железнодорожных путях, работника "вооружённой охраны" с карабином… то, есть, милиционера. Наивысшее удовольствие получаю в моменты, когда "транспортное средство" проходит от меня с зазором в пятнадцать сантиметров:
— Пап, если тебя убьёт какой-нибудь лихач, то ему за тебя ничего не сделают!
— Так и надо! Сам виноват: дорогу следует переходить, как положено, по переходному…нет, не "мосту", мой переходной мост остался в прошлом. Сегодня, очень редко, перехожу дорогу под светофором. Это первое. Второе: та машина, коя убьёт твоего батюшку, ещё с конвейера не сошла. Не переживай!
Глава без номера потому, что в ней упоминается фамилия.
"Стальные магистрали страны" и до сего дня делятся на "отделения дороги". С названием, какое именно "отделение". Например, "северо-западное", или "юго-восточное".
Чтобы в те времена "прославиться на всю страну", то для этого нужно было совершить хотя бы "трудовой подвиг". Иных "подвигов" на тот момент в стране не было, но если и были, то о них в печати разговоры не вели.
Были две женщины, о них много было сказано на радио и в печати. Женщины прославились тем, что на вверенных им токарных станках наварганили страсть, как много нужных стране деталей! "Повторить подвиг" прославленных женщин и сделать столько деталей в сарае на шеечном "станке", сколько сделали две слабые женщины за смену длиной в восемь рабочих часов, я бы не сумел и за неделю! Вот что значит квалификация!
"Учительница", у которой я осваивал искусство обработки шеек колёсных пар вагонов, тихо ругалась:
— Суки драные! Теперь их "трудовой подвиг" нормой сделают! Расценки порежут — что означали слова учительницы о "порезанных расценках" — тогда не представлял.
Иных способов стать известным не было…или о них просто не знали.
Рассердившийся соотечественник, и до сего дня объект гнева своего посылает "на хер". "Хер" — прямой родич другого нашего "трёхбуквенного члена", но более "бранного", чем "хер". Слава двух "братьев-близнецов" не собирается меркнуть в отечестве нашем ещё очень много лет!
А наша станция и посёлок при ней могли гордиться одни человеком по специальности "машинист локомотива" с фамилией "Херов". Ничего не знаю о том, как далеко в пространстве одного отделения была известна фамилия этого человека, но в посёлке о нём знали все. Да и как было не знать? Как не знать, когда диспетчер по станционной громкоговорящей связи в ярости орал над пространством "в тридцать два приемоотправочного пути":
— Машинист Херов, почему не отправляетесь!? — в самом деле, чего ждал машинист Херов? Маршрут следования состава — подготовлен, поднимай давление пара в котле паровоза — и вперёд! Так нет, машинист чего-то ждал, нарушая "святой закон движенцев: график" и не собирался отправляться по требованию диспетчера.