Заканчивал семнадцатый год проживания "на самой прекрасной из планет" и у меня был какой-то жизненный опыт. Маленьким, "копеечным был тот опыт: ни из газет, ни из фильмов не мог знать, чем занимались люди в закрытых городах. И опять кто-то неведомый, и ещё раз, помог "сонным видением":
пригрезилась освещённая ярким солнцем красивая котловина-карьер, сходная с той, что находилась в пяти километрах от станции, где вырос…
В котловине — город из каменных домов. Не из кирпича, а из белого камня с такими красивыми фасадами, каких не видел ни в одном фильме! Удивительным было и то, что вокруг не было абсолютно никакой растительности! Голый и светлый камень с включениями прожилок цвета ультрафиолета. И, как всегда в снах, без переходов, вижу длинное одноэтажное здание из красного кирпича, и знаю, что здание построено давно, что ему не менее сотни лет! Здание расположено у подошвы горы, гора старая, сглаженная временем, пологая… И вот уже иду по зданию, вижу людей, они что-то делают у небольших станочков, что расставлены на длинном столе. Людей меньше, чем станков, и в сознании появляется советское слово "многостаночники". Мужчины и женщины, обслуживающие станочки, в резиновых сапогах и фартуках. И кто-то говорит, что фартуки у них из резины со свинцом, и одеты они так потому, что им надо защищаться от радиации. И тут же и на мне оказывается "спецовка": да, спецодежда тяжёлая, такую одежду сегодня носят работники рентгена в медицинских учреждениях. Пол перед столом в лужах. И кто-то, без вопросов от меня, говорит:
— Центрифуги. Уран обогащаем — и после такого разъяснения хочется быстро покинуть помещение, но, как всегда бывает в снах, выхода из помещения не вижу! Ноги становятся ватными, тряпичными, и одна, пугающая мысль:
"Радиация" — хотя из действий радиации мало чего знаю…
Эти чёртовы быстрые, и не совсем такие, нейтроны — верный путь к белокровию! Каждая секунда пребывания рядом со столами — верная смерть, но смерть от радиации была где-то, а страх от ней останавливал сердце сейчас.
Удивительно вот что: зачем и откуда парню, с образованием в семь классов, на заре общения с ураном, могла придти такая картинка!? Кто и для чего адресовал её!?
Могу ли с семью классами советской общеобразовательной школы, что-то говорить об атомной физике? Об Уране 238, и о том, что распадаясь до свинца, он "выстреливает" из тяжеленного ядра нейтроны? "быстрые и медленные"? "Больших энергий" и не совсем таковых? И как эти тяжёлые частицы, ударяя в живое, умертвляют его, или уродую до ужаса? Имею ли право говорить, что как бы не были люди осторожны в общении с невидимой смертью, она всё же периодически обходит все расставленные кордоны и совершает ужасное дело без рассуждений о "добре и зле"? Берёт жертвы живыми людьми?
А может она многое! Невидимая смерть с названием "радиация" сделала мёртвой "зоной" красивейшие места Урала! Первый "выброс" радийактивной гадости в "закрытом" городе, куда не взяли на "райское
проживание", случился спустя два года после окончания курсов. Житейские блага, что получали граждане в "закрытых" городах, "аннигилировались" их ранней смертью от радиации. Нет у меня данных о том, насколько чаще умирали жители закрытых городов в отличие от городов, у которых была "грудь нараспашку". Такие города Урала, куда мог приехать любой "гражданин страны советов без уголовного и политического прошлого", найти там работу и крышу над головой.
Что же получалось? Люди, "ковавшие щиты родины", нахватавшись сверх нормы "быстрых" и не совсем таковых нейтронов, уходили из жизни "героями без имени", отправлялись на небеса с тяжёлыми мыслями об оставляемом мире, а отец, коллаборационист несчастный, умер в возрасте девяноста одного года смертью, какой не умирали и "святые"!? Ничего не понимаю: всё должно было происходить наоборот: это нас, всем семейством, следовало бы отправить в закрытый, "фонящий" город на "райское" проживание, а не лучшие умы отечества
убивать тамошней радиацией! Так всегда: за прогресс сомнительного качества платим жизнями лучших людей!
Какое количество граждан отечества атомный "щит родины" придавил раньше срока? и сколько ещё придавит в будущем — об этом не узнаю.
И неописуемым, немыслимым "ароматом вислоухости" наполнена атмосфера отечества: излишки урана за гроши проданы за океан! Элемент таблицы дедушки Менделеева "Уран 238" ни за какие деньги не следует продавать! Добывали и "укрощали" уран многие тысячи граждан "страны советов", а продавала за рубеж "радийактивные материалы" кучка "высоковзобравшейся" сволочи из "наших". Всё просто и понятно: торгаши плевали на "щит родины" и старались для себя. Что миллиарды чужой валюты могут изменить в моей жизни? Ничего, а вот им, "вершителям судеб народа", заокеанские миллиарды позволяют чувствовать себя "людьми"!