Я, откровенно говоря, задумался после этой ее просьбы: а достаточно ли мы загрузили в машину пива? Но промолчал.
– Не пора ли остановиться на небольшой отдых? А, господин инспектор? – поинтересовался господин Кэ-и, лежавший на полке в хвосте машины.
– Вы устали лежать, сэр? – Я отхлебнул пива. – Что ж, сядьте за руль, пусть устает Маэда.
– Нет, я насчет того, что, наверное, уже час дня и пора иметь ланч, – пояснил господин Кэ-и, поворачиваясь на бок. Справедливое требование.
Мы остановились в степи, где ничего не было видно, кроме простора – куда ни глянь, до самого горизонта. Только сама степь да небо над нею. Мы уселись на травку и приступили к кофе с сандвичами. Высоко в небе заливалась какая-то счастливая птица.
– Интересно, далеко еще? – спросил Маэда, вытягиваясь во весь рост на траве.
– И что потом? – встрял Кэ-и. – Они едва посмотрят на нас, как сразу поймут, с кем имеют дело.
– Для этой цели у нас есть мешок, в котором лежит весьма подходящая одежка: ватники и кожаные штаны…
– Фу, какая мерзость! Как у рахиминистов?! – возмутилась Лиззи и фыркнула в кофе.
– Местные женщины носят кожаные юбки. Мини, – уточнил я. – Так что, дорогая, тебе не придется париться в рахиминистических штанишках. Что же до нас, то могу сообщить, что эти штаны изготовлены у нас по спецзаказу (господин Кэ-и облегченно вздохнул). А ватники придется потерпеть, хотя в них не вата, а облегченный синтетик.
– Оружие? – спросил любопытный Кэ-и.
– Они там ходят прямо-таки увешанные оружием, правда, не решаются часто пускать его в ход. Точнее, стрелять любят, но, в основном, в воздух. Сабли и мечи очень ценятся и вызывают уважение. Чем больше размер, тем круче хозяин. Что же до всего остального, то господин шериф объяснил мне, что в Сарти есть человек, к которому мы можем обратиться за информацией. Этот человек введет нас в местную жизнь под видом своих, скажем, близких друзей из, скажем, Клокарда. Он же обеспечит документы и все такое…
Помолчали, жуя. В небе по-прежнему надрывалась птица.
– И вот еще что… – Я достал из нагрудного кармана две ручки, из числа тех, что дал мне Люлю Шоколадка. – Вот эти приборчики держите всегда при себе. – Я протянул ручки Маэда и господину Кэ-и. – Это индикаторы. На конце помещена лампочка. Если она загорается, это значит, что около вас находится робот, который внешне ничем не отличается от человека. Полезная штука, пригодится.
Через полчаса, когда весь кофе был выпит, сандвичи съедены, выкурены положенные сигары и сигареты и совершены все прочие, немаловажные дела, мы погрузились в машину, и Маэда нажал на газ.
Время до вечера прошло в сражении в мацзян, чему мешали, надо отметить, прыжки машины на ухабах: костяшки все время рассыпались. Господин Кэ-и играл за себя и за Маэда. Когда спустилась ночь, игра была прекращена, поскольку свет – вящей маскировки для – было решено не зажигать.
– Сэр, – сказал вдруг Маэда. – Радар показывает впереди город.
10
– А что касается до документов, так они будут вам завтра, когда солнце покажется из-за горизонта, – ткнул пальцем в грязный потолок наш новый знакомый Гиги (фамилию он назвать отказался, объяснив это тем, что в Сарти фамилии вообще не приняты, а в ходу прозвища, у него, например, таких прозвищ несколько, но самое распространенное: Клоп. Под этим именем он широко известен в столице и в провинциях. Что Гиги понимает под провинциями, я уточнить не решился). Мы уже привыкли к особенностям речевых оборотов нашего собеседника и отнесли их в разряд туземных обычаев. Главное, что Гиги почти сразу отозвался на пароль: «Здесь не проходил Люлю Шоколадка?» Ответ: «Нет, еще не проходил, но пройдет обязательно».
Было это так…
Въехав в пределы Сарти, мы некоторое время плутали по темным улицам и переулкам, пока наконец не оказались на улочке, составленной из трехэтажных домов самого мерзкого вида, совершенно не вызывавших желания зайти внутрь. Сама улица хранила воспоминания о брусчатке, но воспоминания далекие и жалкие: лужи и рытвины, а также несказанное обилие мусора превратили ее в точное подобие старой тумпстаунской городской свалки с соответствующими ароматами. Маэда даже высказал мысль, что удобнее и чище, пожалуй, будет пробираться крышами, и все посмотрели вверх. Но тут же разочарованно опустили взоры, ибо крыши встречались не так часто, как хотелось бы. Там же, где они были, злобно торчала колючая проволока.