И тут наваждение уходит и я возвращаюсь в свое тело. В комнате, где мы находились некоторое время стоит такая тишина, что даже слышно муху, которая бьется о стекло. Первой приходит в себя мама, и тут же скрывается за дверью, видимо боясь, что кто-то увидит ее слезы.
Так и есть, буквально через минуту она возвращается назад, лишь слегка грустная, но уже без блестящих дорожек.
Второй пришла в себя — Санька:
— Саша, что случилось?! Я тебя потеряла! Тебя как будто не было здесь! — взволновано, чуть ли, не плача, закричала сестра.
Мама и отец с удивлением посмотрели на нее. Она, увидев что ее не понимают, попыталась объяснить:
— Мы постоянно слышим друг друга. Даже когда закрываемся, или когда спим, все равно слышим. Или вернее сказать чувствуем присутствие. Я могу закрыть мысли, или глаза для него, ну что бы он не смотрел моими глазами или не слышал мои мысли, но и все. Все равно он знает, что я есть. Я тоже всегда могу сказать, где сейчас находится брат, и что он делает. Все это я вижу, слышу, чувствую — ну... ну не знаю, как это объяснить. А, сейчас... Сейчас его не было, не здесь , нигде. Он просто пропал. Исчез. Да, я его видела — глазами. Но это совсем не то. Он просто исчез. Его тело находилось здесь, а самого его не было. Как то так. А после так же внезапно вернулся назад. И поэтому я испугалась. — Все это она рассказала очень взволнованно, поэтому получилось, немного путано.
— Не делай так больше! — Обратилась она уже ко мне. И у нее на глазах появились слезы. — Я чуть с ума не сошла от страха!
Я обнял ее за плечи, прижав к себе:
— Постараюсь, — прошептал я.
Начался последний учебный год. Все как обычно, ну почти. В самом начале учебы нас вместе с математиками сдернули с учебы на уборку хлопка.
Случайно проходил мимо учительской и услышал, как разоряется Николай Петрович. Еще бы его учеников заставляют ехать на хлопок.
— Вместо того, что бы все силы приложить для изучения точных наук, вы хотите отправить их собирать хлопок. Вам что других идиотов негде найти? — он вообще иногда терял голову и очень любил всякие сравнения, подчас не совсем культурные, но с другой стороны от него никто и никогда не слышал мата. Зато в другом он не стеснялся. — Нет, это просто уму непостижимо, целый год я пытаюсь вывести из них дурь, уплотняю, как только можно программу обучения, где и так не хватает часов для профильного предмета, а вы хотите забрать лучших из них и отправить в колхоз. Вы вообще соображаете, что хотите сделать? И так за лето все отупели, так опять им каникулы устраиваете.
— Вы, хотите сказать, что ради ваших амбиций, мы должны сорвать план поставок? — Послышался мужской голос из-за дверей. — Или вы считаете, что ваши ученики настолько привилегированные, что им наплевать на усилия республики?
— Не. Но можно, же набрать учеников в других школах. Где нет профильных классов, и они ничего не потеряют из-за задержки обучения.
— Значит, все-таки считаете, что ваши ученики стоят выше других советских людей. И в то время как вся республика вышла на уборку урожая, они могут бездельничать. Хотя бы потому, что будут сняты часы у преподавателей и кроме ваших уроков никаких других не будет.
— Ну, я могу...
— Можете — перебил его голос. — Я даже уверен, что вы с радостью включитесь в эту работу и поедете в качестве руководителя.
— ?!
— Куда? Конечно на уборку урожая. А вы считаете, что лучше о ваших словах доложить в бюро РайКома? Нет? Вот и прекрасно выезд назначен на 6 сентября, как раз у вас будет время подготовиться.
Поняв, что беседа подслушанная мной окончена, я постарался избежать столкновения, и тихонько отошел от двери. Свернув за угол, постарался как можно дальше удалиться от дверей учительской.
Новость, принесенная мною в класс, вызвала радостные вопли. Еще бы целый месяц дополнительного отдыха. Тем более с выездом на природу.
И хотя хлопок это далеко не лес и даже не горы, А бескрайние поля под палящим солнцем, с редкими каналами проточной светло-коричневой воды текущей по ним, все равно для нас, это романтика. Тем более, что едем не одни и наверняка в округе будет достаточно наших ровесников из соседних школ. Так что сбор урожая обещает быть очень веселым.
Настало время отъезда. Мы с сестрой собрали по рюкзаку, с которыми обычно ходили в горы. Причем в моем рюкзаке, часть вещей, как обычно принадлежала Саньке. Я понимаю, что все это ей может понадобиться и, не очень возражаю. Кроме того, сестра заставила меня взять с собою гитару, хотя я упорно от этого отказывался. Родители обещали приехать к нам в гости на выходные, хотя мы и сами не знали, куда нас отправят. "Узнать, это не проблема" — сказал отец. Ну да, с его-то возможностями.