Мое время закончилось. Это очевидно. Это длилось тридцать пять лет. Но существование понимает меня прекрасно, оно разумно и очень сострадательно. Оно знает, что я живу не для себя. А забрать меня -- это не просто забрать, это значит забрать смех у миллионов, забрать их радость, возможность цветения. Существование пока не сделает этого. Оно позволит мне еще немного радоваться с вами. И я не спешу достигнуть другого берега, потому что я знаю о том, что оба берега одинаковы. Один берег с этой стороны реки, а другой берег с другой стороны реки. Когда вы достигаете другого берега, вы понимаете, что это не другой берег, это тот же самый берег, никакой разницы.
Существование, определенно, понимает, что мое тело, или мой ум больше не тяготят меня. Я больше не обусловлен ими. Я уже свободен. Смерть не спешит освободить меня. Я буду продолжать до тех пор, пока не проникну в самые глубины вашего бытия. Все, что я испытал, мне бы хотелось передать вам. Поэтому у меня нет тайн от вас.
Профессор психологии на уроке в классе говорил своим ученикам, что он собирается прочитать им лекцию про секс. Он сказал: «Если вы занимаетесь сексом один раз в день, поднимите руки». Пятнадцать процентов студентов подняли руки. «Хорошо, - сказал профессор, - тот, кто занимается сексом три раза в неделю, поднимите руки». Сорок процентов учеников подняли руки. «Интересно, - сказал профессор, - если вы занимаетесь сексом один раз в неделю, поднимите руки». Еще двадцать процентов подняли руки. Профессор продолжал: «Тот, кто занимается сексом один раз в месяц, поднимите руки». Поднялось несколько рук. «И последнее, те, кто занимаются сексом раз в год, поднимите руки», - сказал он. Маленький мальчик на задней парте начал поднимать руку с выражением неподдельного счастья на лице. «А чему ты радуешься?» - спросил его профессор. Тот начал танцевать и петь: «Сегодня ночью это случится снова!»
Папа решил посетить Америку. Когда его самолет приземлился, собралась большая толпа встречающих. И когда папа вышел из самолета, толпа начала воспевать: «Элвис, Элвис, Элвис!» Он сказал им: «Дети мои, спасибо вам огромное, но я не Элвис, я папа». Его повезли в большом белом лимузине, на борту которого большими буквами было написано «Элвис».
Папа сказал с растущим раздражением: «Спасибо, дети мои, но я не Элвис!»
В конце концов он добрался до своей комнаты и начал раскладывать свои чемоданы. Дверь открылась, и вошли три красивые девушки, одетые в нижнее белье. Папа посмотрел на них и сказал: «Ну ладно, на счет раз, два, три раздеваемся - и поехали».
Вопрос: Возлюбленный Ошо, Я уверен в том, что ни одного мужчину еще не любило столько женщин. Как вы себя чувствуете из-за того, что у вас самое большое количество поклонниц в мире?
Дева Манджа, это действительно прекрасное чувство. Я могу повторить слова этого папы: «Раз, два, три, и поехали!»
То, что ты говоришь, правда. Ни одного мужчину еще не любило столько женщин. Но ты не знаешь одной тайны. Одна женщина опасна, но когда женщин много, они не так опасны, потому что они ссорятся друг с другом. Я полностью расслаблен. У них нет времени для того, чтобы ссориться со мной, в этом красота того, чтобы иметь столько поклонниц. Это самое большое множество.
Ты должна понять еще одну тайну. Это не обычная любовь. Это та любовь, которая имеет тот же вкус, как и молитва. Это та любовь, которая есть высшее выражение доверия. Она не противопоставляется ненависти. Это та любовь, которая полностью очищена от борьбы противоположностей. И более того. Послушайте эту маленькую шутку.
Женщины в гареме сидели в кругу и бросали кости на роскошный персидский ковер. Кости медленно сделали полный круг и упали в руки восхищенных участниц жеребьевки. И внезапно послышался крик: «Сегодня Камелия, бедная Камелия!»
Камелия поднялась с глубоким стоном и понурой поступью двинулась за вельветовую занавеску.
Глория сказала: «Не дай Бог оказаться на ее месте! Уже третий раз за неделю ей приходится мыть посуду!»
Женщины, которые любят меня, вынуждены мыть тарелки. Им приходится стирать мое белье, готовить мне пищу, гладить одежду. Им приходится заботиться о саде и о моем теле. Это совершенно другой вид гарема. Это не тот гарем, который описывается в арабских сказках.
Любовь здесь - это молитва. Из-за того, что она подобна молитве, нет ревности. Иначе столько женщин... если бы это была любовь в биологическом смысле, они бы начали убивать друг друга, просто из ревности. Но я знаю моих людей: ревность не имеет к ним никакого отношения.
Это касается не только женщин. Мой гарем имеет особенность. В нем есть также мужчины. Еще не было такого гарема в мире, в котором были бы мужчины в таком радостном, веселом состоянии, которые бы танцевали и пели. Но ты права, раньше такого действительно никогда не было.