В «Потерянном Рае» (далее — ПР) Мильтон следует распространённой интерпретации, согласно которой причиной грехопадения Сатаны была гордыня, а затем зависть и желание мести побудили его склонить к греху человека (ПР 1:35-44). Драматизируя бунт Сатаны, Мильтон идёт на риск показать его не только не умным, но как бы даже умственно отсталым, изображая его считающим, что он может обладать властью, противодействуя Божией воле. Очевидно, в таком случае Дьявол не имеет представления о всезнании Бога (в частности, о том, что Бог может читать мысли Сатаны), не говоря уже о Божием всемогуществе.
Изначальное имя Сатаны у Мильтона не упоминается. По-видимому, он был высшим архангелом (ПР 5:660) и выглядел подобно Утренней Звезде (5:708) — помните, это же Люцифер! — а штаб восставших ангелов может быть на языке людей назван «дворцом великого Люцифера» (5:760). Рассказывая Адаму и Еве о падении Сатаны, Рафаил называет его Люцифером и объясняет:
«Так называй того, кто в Небесах
Средь Ангелов блистательней сиял,
Чем оная звезда средь прочих звёзд».
Подобное молнии падение Сатаны с неба, о котором свидетельствует Иисус (Лк. 10:18), очевидно, относится не к изначальному его падению с небес, но к поражению, которое Сатана потерпел от Иисуса. Эта часть предсказанного «падения семени Евы на голову Змея» описана в следующих стихах:
«Когда Марии — новой Евы — Сын,
Христос узрел, как, молнией с Небес,
Пал Сатана, Князь воздуха; затем
Сын Человеческий, восстав из гроба,
Владычества и Силы одолел
Растленные и в полном торжестве,
В сиянье вознесясь, пленённый плен
Повлёк по воздуху, который был
Владеньем долголетним Сатаны.
Под нашими стопами, наконец,
Тот сокрушит Врага, кто роковой
Удар ему предвозвестил теперь».
Между смертью Иисуса и Его воскресением — никакого посещения ада и, соответственно, никакого спасения душ или связывания Сатаны в аду. Вместо этого Иисус встречает только персонифицированного врага — Смерть: «Да, Он умрёт, но Он воскреснет вновь, / Недолго Смерть возвластвует над Ним» (ПР 12:419-421).
Великое столкновение с Сатаной начинается только сейчас:
«На Небеса Небес, врагов Своих,
Равно твоих — повергнув. Будет Змий,
Князь воздуха, Им схвачен, и в цепях
Чрез все владенья Вражьи провлечён,
И, опозоренный, оставлен там».
Конечно, когда Иисус возносится на небеса, Сатана оказывается закованным в цепи не в прямом смысле слова. Он будет продолжать свою деятельность на земле, а Сын Божий будет посылать Святой Дух как Утешителя, дабы направлять преданных: «Духовною вооружит бронёй, / Противостать способной Сатане / И огненные стрелы угасить Гееннские» (ПР 12:491-492). Эта помощь, однако, окажется недостаточно эффективной, и дела будут идти всё хуже, пока наконец Господь и Спаситель не вернётся на землю в Своё Второе Пришествие в конце времён: «Во славе Отчей, явленный с Небес, / В последний раз на Землю низойдёт, / Чтоб в корне уничтожить Сатану / И мир его растленный заодно» (ПР 12:546-547).
В «Потерянном Рае» Мильтон не упоминает о «демонах». Точно так же не говорит он в этом произведении и о «дьяволах» (во множественном числе), хотя однажды и употребляет это слово (ПР 1:373), а в «Возвращённом Рае» (далее — ВР) однажды называет падших ангелов «демонами стихий» (ВР 2:122). Единственным «Люцифером» «Возвращённого Рая» является Сам Иисус: «Так при Своём восходе мыслил вслух Денница наша» (ВР 1:294), в духе словоупотребления Нового Завета (см. 6.4).
Весь сюжет «Возвращённого Рая» вращается вокруг трёх попыток Сатаны искусить Иисуса в пустыне. Вернее, эта книга почти полностью концентрируется на двух первых искушениях в порядке, указанном Лукой (хлеб, царства). Третье искушение заканчивается почти сразу же: подняв Иисуса на вершину Храма, Сатана говорит Ему, что он, Сатана, является истинным Сыном Божиим; и если Иисус также Сын Божий, Он должен броситься вниз, веря, что Бог защитит Его. Иисус просто отвечает ему, чтобы он не искушал Бога, и тогда Сатана неожиданно падает: «Так в ужасе, в смятенье рухнул Враг» (ВР 4:576).
Вслед за этим ангелы переносят Иисуса туда, где Он может восстановить силы, и обращаются к Сатане:
«А ты, Гееннский Змий, средь облаков