К двенадцати ночи военная легковушка подъехала к дому, где проживала семья прапорщика Кузьмина. Из машины под хмельком вышла Ева. Игорь еще не спал. У блондинки было очень хорошее настроение. В эту ночь муж был для нее по-особому приятен и желанный…
Очередную годовщину социалистической революции Ева с Игорем встречали уже на территории социалистической Германии. В военном городке практически ничего не изменилось. Они как будто никуда и не уезжали. Время бежало и очередная «порция» офицеров и прапорщиков, подлежащих замене во внутренние округа Советского Союза, все больше и больше уединялась в своеобразные кружки «по интересам». Подавляющее большинство из них медленно, но верно «забивали» на службу.
Аналогичную позицию занимал и прапорщик Кузьмин. Ева в принципе не была против этого… Тем более, она очень переживала о том, что ее муж потерял на «целине» целых полгода не только жизни, но и те немецкие марки, которые он мог бы получить за время службы в Давельбурге. Семья стала немного экономить. Игорь пил пиво только по выходным дням. В свободное время молодая пара, как и семьи других заменщиков, летали по городу в поисках дешевых ковров, сервизов и тому подобного. Из-за экономии денег Ева и Игорь не поехали в феврале в отпуск. В Германии погода была также не ахти. Весь февраль и март моросил мелкий дождь …
С самого начала весны в часть постепенно прибывали новые офицеры вместо тех, кто должен был заменяться. Каждый вечер в офицерском кафе проводилась «отвальная». Из кафе валил густой табачный дым, часто раздавался смех вперемежку с матом. Во время отвальных были и слезы. Плакали жены тех офицеров, кто из цветущей Германии заменялся в горячие пески или голые степи огромного и могучего Советского Союза.
С замиранием сердца ждала замены и Ева. Она, как огня, боялась этих песков и степей, где отсутствовала какая-либо цивилизация. Она хотела жить только в городе или даже в городишке. У Кротихи теперь было приличное количество всевозможных шмоток, которых ей хватило бы на целый десяток лет. Ходить в модерных брюках или в юбках среди каких-то ветхих строений аула или кишлака женщина явно не хотела. Игорь также не хотел ехать ловить «драбаганов» и все время хорохорился. У него контракт заканчивался через год. И поэтому на первый случай даже Забайкалье или ему подобная цивилизация прапорщика не страшила. По истечению контракта он мог покинуть «дыру» и драпануть туда, где было уютнее и сытнее.
В конце июля приехал заменщик и прапорщику Кузьмину. Игорь получил направление в Забайкальский военный округ, в один из укрепленных районов, который находился в трех километрах от «недружелюбных» китайцев. Никто из молодой парочки не плакал. Да и это было бесполезным занятием. Бывший забайкалец, сидя в насквозь прокуренным кафе и жадно потягивая пиво, с улыбкой перечислял молодой паре все те льготы, которые они будут иметь на новом месте службы. Игорю, да и Еве, все эти льготы были по одному месту. Через два дня Игорь Кузьмин полностью рассчитался с частью. После этого он загрузил небольшой семейный скарб в железный контейнер и отвез его на грузовике на железнодорожную станцию. На следующий день рано утром семья прапорщика Кузьмина с большими двумя чемоданами и с унылым видом стояла возле дежурного по части в ожидании военной автомашины. Аналогичный груз и вид был и у членов семей двух офицеров, которые уезжали служить за Уральские горы. «Газон» пришел вовремя. Отъезжающие неспеша заняли места в кузове. Кое-кто из пассажиров с унынием смотрел в последний раз на строения военного городка. У всех щемило в сердце. Пять лет пролетели словно один миг. Машина легко тронулась. Через несколько секунд раздался «Армянский марш», который по заказу отъезжающего капитана-армянина играли музыканты полкового оркестра. Музыка до слез растрогала Еву. Блодника, уткнувшись лицом в плечо своего мужа, тихо всхлипывала. Ева, то и дело прикладывая к своим глазам носовой платок, понимала, что в этом немецком городе с легко произносимым названием Давельбург она была как никогда счастлива и сыта. Именно здесь у Кротихи был самый лакомый и благополучный отрезок ее жизни. В том, что такое уже никогда в ее жизни не повторится, Ева почему-то не сомневалась. Выйдя на автобан, водитель прибавил скорости. Холодные потоки воздуха, которые просачивались из-под брезента, накрывающего кузов, словно маленькие ножи, «щипали» нежное тело молодой блондинки. Это вынуждало женщину все ближе и ближе прижиматься к понуро сидящему Игорю.