У Багдасаряна радостно стало на душе, когда пьяный «в дугу» Петр Иванович по-свойски целовал в губы своего «армянчика» и готов был тотчас же выполнить любую просьбу своего клерка. Первый секретарь, скорее всего, а может и точно, уже по пьянке ничего не удерживал в своей голове, в том числе и содержание полушепота пьяного Ивана Ивановича. Партийный шеф по пьянке не удерживал в своей голове не только просьбу продавца. Он уже не мог удержать и свою собственную мочу. Мужчина немного обмочился в собственные брюки, метров двадцати не «дотянул» до туалета. Все приглашенные как мужчины, так и женщины, видели это и заискивающе «засанцу» улыбались. Багдасарян с чувством исполненного долга выполнил «партийное поручение», расстегнув и застегнув ширинку брюк самого уважаемого человека в районе. К сожалению, с «конца» первого уже ничего не капало…
Сразу же во вторник после праздника Иван Иванович заискивающим голосом прозондировал место «дислокации» первого секретаря у секретарши, в приемной. Ангельским голоском Тамара Ивановна через пару минут промолвила: «Иван Иванович, первый с удовольствием примет Вас завтра в пятнадцать. Удачи Вам…». До трех часов была еще уйма времени и поэтому работать, даже и «рукой водить», у директора магазина желания не было. Не до этого было, так как у его жены появилась срочная мечта. Она появилась у нее после того, как он в постели все досконально рассказал ей о происшедшем на базе отдыха. Жена, довольно долго смеясь над «проделками» партийного босса, мирно повернулась спиной к своему мужу. Она собиралась тихо засопеть. В эту ночь непонятно почему для самого «милого Богданчика» женщина изменила свою тактику. Она через пару минут «проснулась». Она, мило улыбаясь, повернулась к уже засыпающему мужу и воркующим голоском произнесла: « Моя надежда и моя любовь, а мне что-то такое хочется…»
Только через полчаса крепко заснул заведующий магазином с женой в постели. Уснул как ребенок, как настоящий мужчина, оставив все свои силы на любовном «поприще». Только утром муж узнал истинную цену «ласки» своей жены. Лилек уже перед тем, как Иван Иванович хотел закрыть за собою дверь и выйти из подъезда, ласково шепнула ему на ушко: « Бога, а я дачку хочу, только очень близко к водичке....».
Дальше муж не стал слушать шептание своей жены. Он прекрасно понимал то, что Лилечек даже и в постели свои «взаимоотношения» с ним строила и строит на хозрасчете… Уже в машине, сидя на заднем сидении и рассматривая перед собою небольшую плешинку молодого водителя, Багдасарян мечтал о будущей даче, которая будет стоять на берегу великой сибирской реки, из которой даже из окна «теремка» можно будет ловить рыбу. В том, что «сказка» вскоре станет былью, директор нисколько не сомневался…
Неожиданное тихое «шествие» дум и замыслов у директора прервал робкий стук в дверь. Процедив сквозь зубы : «Да, войдите», и находясь еще в плену сладостных мечтаний, директор нехотя поднял голову, дабы увидеть вошедшего или вошедшую. Та, которая нерешительно вошла и переминалась с ноги на ногу поразила директора своей красотой. Высокая,и стройная блондинка, густо покраснев, почему-то медленно поднимала свою красивую головку на тонкой точеной шее вверх и вниз и только изредка бросала взгляды на сидящего за столом. Красота этой девушки явно «брала» верх над теми, которыми «владел» за всю свою жизнь армянин Багдасарян. Мужчина не стал в данный момент утруждать себя опять подсчетом баб, которых он «оттрахал». В том, что их было больше трех десятков, он не сомневался. Довольно часто, сидя в мягком кресле в кабинете, армянин считал число «поверженных» женщин. Однако к точной цифре, как правило, он не приходил. Сейчас же все его внимание было сконцентрировано на новенькой. Новенькой явно уступала и Наталья Сергеевна, которая стояла в ликеро-водочном отделе. Крашенная блондинка, которую «трахал» Иван Иванович уступала вошедшей не только красотой, но и была значительно старше. Наташенька, которой Бог подарил немного красоты, но и одновременно наградил мужем-пьяницей, поднимала настроение шефу. Наташа через неделю после прихода в магазин «отдалась» шефу, которому очень понравилась блондинка в короткой черной юбке и в черных ажурных колготках с рисунком. Этот наряд она «блюла» во все времена года, невзирая на страшные морозы или страшную жару. В назначенное директором время Наташа заходила в кабинет шефа, сбрасывала с себя белый накрахмаленный маленький халатик и больше ничего. Задыхающийся не то от наступающей уже старости, не то от жадности к удовольствию, Иван Иванович ловко снимал с женщины колготки и начинал свое дело… После секса директор магазина чувствовал себя как молодой огурчик. Секс делал его голову чистой и без «примесей», которые еще оставались после попойки с нужными людьми. Для удовольствия прихватывал иногда шеф свою подчиненную и на юг, когда уезжал на отдых…