– Знаешь, что самое главное в женской привлекательности?
– Что?
– Запах! Если женщина правильно пахнет… пахнет Моей Самкой… мне всё равно, какого размера у неё грудь и какие у неё ноги. Включается в мозгу какая-то химия, и воображение окутывает предмет любви волшебным ореолом.
– Какой ты циник!! И со мной тоже так? Я правильно пахну?
– Да! Ты-супер-как-пахнешь!
– И мои коленки тебе больше не кажутся толстыми из-за запаха!? – в её голосе прозвучало удивлённое возмущение.
– Да! – Алексей решил, что Оля играет, и продолжил гнуть своё.
– Хотя… – он деланно засомневался. – Ты с тех пор похудела!
Она догадалась, что он дразнит её, но прозвучавший штампованный комплимент всё равно подействовал приятно.
– Это мы просто тогда пирожками увлекались… Когда ты меня первый раз увидел… – Олечкин голос уже звучал сбивчиво, потому что Алексей принялся целовать её в шейку…
– Тогда был не первый раз, – Алёша прервался, решившись раскрыть свой секрет.
– А когда же был первый? – любопытство мешало Олечке наслаждаться его поцелуями, но Алексей считал, что недосказанность добавит интриги их любовной игре.
– Потом… потом…2003 год, 10 июня, вторник, утро. Две недели спустя.
– Чем ты там занят?
– Да вот GPS купил – осваиваю.
– Что? Дорогу домой забыл?
– Нет. Определяю высоту над уровнем моря.«Новые мальчики», которых привёл Карен, чтобы показать им дилинговый зал, произвели странное впечатление на Звонарёва. Во-первых, они оказались лет на десять старше любого из сотрудников управления Алексея. Называть их «Саша» и «Серёжа» язык не поворачивался. Оба они сидели напротив Алексея в клиентской переговорной. Серёжа, почти полностью лысый, как и Карен, ещё пытался хранить невозмутимый вид, но Саша – очень худой седеющий брюнет, костюм на котором болтался как на вешалке, выглядел растерянным и скрыть своё неудовольствие от знакомства даже не пытался. Серёжа спасал ситуацию формальным разговором ни о чём, во время которого Саша периодически жевал губы и молчал. Видимо, они ожидали от банка большего. «Привыкли работать в гламурных офисных комплексах класса «А», а мы тут своей непритязательностью режем глаз, – решил Алексей и подумал о Карене: – И вот этими зубрами он собирается руководить? Да они небось ещё помнят кризис 1998 года или даже 1995. А будь что будет!»
2003 год, 10 июня, вторник, день.
Алексея накопилось много вопросов к руководству, и он обрадовался, когда Кирюхин вызвал его сам. В дверях его кабинета Звонарёв столкнулся с Романенко и Карповой. Его сердце болезненно кольнула ревность, но Ольга улыбнулась ему так радостно, что Лёша чуть не забыл, зачем пришёл.
– Мне будет удобно начать сразу, – заявил Кирюхин, не здороваясь и отметая тем самым сомнения Алексея. «Видимо, он решил, что я пришёл за бонусом для моих людей», – разгадал босса Алёша и про себя улыбнулся. Обсуждать такие щекотливые вопросы, как бонусы, следовало только будучи уверенным в хорошем настроении Кирюхина. – Вам слово, Ольга Викторовна!
Банк с каждым годом менялся к лучшему, и Ольга, наблюдавшая за его отчётностью в целом, не могла скрыть удовлетворение. Отчасти она считала этот успех своей заслугой. И это её самомнение сквозило в том докладе, с которым она сейчас выступала, сидя на мягком кожаном диване, скрестив свои точёные ножки. Звонарёв слушал её и гадал, в чём его роль здесь и сейчас? Обычно хозяин не обсуждал с ним стратегические вопросы.
Ещё пару лет назад прибыль от «чернухи» была основной статьёй доходов банка. Но сейчас деятельность «людей Ник-Ника» стабильно сместилась на третье место по эффективности. Первые места делили между собой кредитное управление и департамент, который возглавлял её любимый Звонарёв. И хотя она искренне желала ему успеха, сообщала, что доход, приносимый портфелем ценных бумаг, не был стабилен и рассчитывать на него в бизнес-планировании неразумно. А если выделить форексные доходы Звонарёва (четвёртое место), то процентные доходы кредитчиков уверенно доминировали последние три квартала.
– Наконец-то! – бросил удовлетворённую реплику Кирюхин. – Так надоело строить банк на «чернухе» и валютных спекуляциях!
– Тем не менее, – продолжил монолог Карповой Романенко, он был довольно мрачноватым субъектом, худой, одного роста с Алексеем и не намного его старше. Он довольно долго, ссутулившись, молчаливо бродил по банку, «разглядывая бизнес-процессы». И этим представлял собой загадку для всего персонала. – Мы обязаны исходить из пессимистичного сценария развития событий. В последнее время мы решили сделать упор на развитии автокредитования. Оно короче ипотечного и длиннее потребительских кредитов в торговых точках. Ваша задача, Алексей, подумать над следующей идеей. Первое. Совместно с кредитным управлением автокредиты нужно стандартизировать по максимуму, чтобы «в случае чего», – Романенко многозначительно понизил голос до печальной ноты, – этот портфель кредитов можно было бы легко переуступить по цессии [27] .