Чем стандартнее кредиты, тем легче их уступить одним скопом.
– Не понял, а причём тут я? – пробурчал Алексей, устав любоваться Олиными коленками.
– Кроме цессии существует ещё один, не самый плохой сценарий. Это – второе. Пул стандартных автокредитов можно выделить в обеспечение облигационного займа. Мы ещё ни разу не выпускали облигаций. Такой шаг будет полезен для нашей рыночной репутации, симпатично разнообразит пассивную часть нашего баланса. Выпуск этих облигаций будете готовить вы. И сопровождать его во время «жизни», – так Романенко назвал период обращения облигаций до их погашения.
– Ликвидность этих бумаг на вторичном рынке [28] сделает ненужной цессию.
– Теперь понял, – но голос Алексея звучал неуверенно.
– Не унывайте, Алексей, – вмешался Кирюхин. – Все мы чему-то всё время учимся. Вы человек неглупый, справитесь!
– Хорошо, – Звонарёв счёл нужным улыбнуться своим собеседникам. Ему хотелось обдумать всё наедине с самим собой, и он осмелился сменить тему.
– Вот если запустим клиентский маржин-трейдинг на форексе, может, и не будет это направление на четвёртом месте! – Звонарёв знал, что пачка бумаги с бизнес-планом проекта, рождённым Кареном, «Сашей и Серёжей» под его чутким руководством, уже не первую неделю пылилась на столе Кирюхина. И сейчас Лёша пытался угадать, прочёл ли его босс?
Кирюхин понял его немой вопрос и, закончив совещание, велел Звонарёву остаться. Из угрызений совести перед своим подчинённым он принял решение прочесть проект прямо сейчас, при нём. Это заняло минут тридцать, в течение которых Алексей по непроницаемому лицу Кирюхина пытался угадать возможные вопросы и его реакцию. Вопросов не было. Окончив чтение, Кирюхин прошёлся по своему огромному кабинету и долго смотрел в окно, словно забыв про Алексея.
– Это же не противоречит нашей глобальной цели прирастать клиентскими доходами? – рискнул нарушить молчание начальника Алексей.
– Нет, – коротко отрезал Кирюхин и продолжил задумчивое молчание. – Мне не нравится этот проект, – вдруг сказал он так же резко и, вернувшись в кресло, уставился на Алексея тяжёлым взглядом, словно в упор. Теперь молчал Лёша, ожидая пояснений. Ему вдруг стало легче. – Как я понял, суть проекта в том, чтобы завлечь как можно больше неопытных «чайников», чтобы те проиграли нам как можно больше своих денег, – Кирюхин не спрашивал, а утверждал. – Понимаете, Алексей. Неправильно считать своих клиентов «лохами», относиться к ним, как к людям второго сорта. Это неэтично. Кирюхин поморщился от этих несвойственных ему слов: – Любой бизнес – это всё-таки партнёрство, а в вашем проекте равноправием и уважением к клиенту даже не пахнет. – Слово «уважение» больше понравилось Кирюхину, и он оживился: – Мы как будто пытаемся обмануть их, «развести на деньги» радужной перспективой, заранее зная, что для большинства из них всё закончится плохо. – Алексей не ответил, а Кирюхин не понимал, соглашается ли с ним Звонарёв. – Я считаю, что в долгосрочной перспективе такое отношение к клиентам себя не оправдает. Вот и всё!
Восклицание Кирюхина словно потребовало от Алёши какой-то реакции, и тот ответил.
– Хорошо! Я понимаю. Расскажу Карену о вашем решении, – Алексей понял, что напоминать о бонусе несвоевременно, но всё же сделал такую попытку.
Кирюхин обрадовался, что разговор вернулся в ожидаемое с самого начало русло, и выдал «домашнюю заготовку»:
– В пятницу! Приходите в пятницу! Всё подпишу! – срок подписания документов на выдачу бонусов не имел значения для Кирюхина, просто ему нравилось капризничать, играя в недоступность. Алексей хорошо знал Кирюхина, не огорчился отсрочке и вышел в приёмную. «А ведь это урок! – подумал он о владельце банка уважительно. – Чернушечник, а такой пассаж об этике!»
Дверь кабинета Романенко, расположенного напротив комнаты Кирюхина, была раскрыта, и, увидев Звонарёва, Пред позвал его.
– Вы справки безопасности на своих кандидатов видели? – Романенко имел в виду «Сашу и Серёжу».
– Не-а.
– Не умеете вы подбирать себе людей, – на лице Романенко выразилась досада, он решал, отдать ли Звонарёву кипу бумаг, подготовленных службой безопасности. Бумаги были бестолково структурированы, надёрганы из различных милицейских баз данных, содержали много «воды» и совершенно идиотских оценок, никем никогда не доказуемых. Этот недостаток боссы прощали своей «безопасности». Помедлив, предправления решил всё же справки Алексею не давать, а кратко резюмировал: