Он поцеловал её в губы, стоя сбоку от сверкающего чёрной икрой тела, и, наклонившись, принялся слизывать икру сверху вниз.
Олины ощущения были волшебны. Холодная солоноватая икра, скрадывавшая её запах, тёплый влажный язык Алексея, посасывающие движения его губ – он словно ел её. Ощущение буквальности происходящего усилилось, когда он скользнул от пупка вниз, где икра уже смешалась с «пусечкиным» соком и теперь липко стекала по губкам ещё ниже. Алёша вылизал всё! Насладившись уже ставшей привычной лаской «пусечки», Ольга почувствовала, когда его язык, став острым, проник в её анус, и неожиданная волна наслаждения накрыла его. «Хочу в попу!» – вдруг решила Оля, поняв, что для него – для Алёши, её совсем не жалко, а наоборот, именно ему она должна позволить лишить девственности никем не тронутую узенькую дырочку, и снова повторила свою мысль: «Хочу в попу». Ей вдруг захотелось встретиться с ним глазами, понял ли он её мысль? Но возбуждение было столь сильным, что удержать в голове такой серьёзный проект дольше нескольких секунд Олечка не могла. Увидав перепачканные икрой щёки и ушки любимого между своих бёдер – икра словно подчеркнула их идеальную гладкость – Оля тут же забыла обо всём и потянула его на себя. Заставила склониться над собой и принялась жадно слизывать остатки икры с его лица. Иногда Лёша прерывался на поцелуи в губы, и эти паузы прекращали насыщение, наполняя их тела страстным ожиданием.
Алексей за плечи передвинул Олю по столу так, чтобы её голова оказалась на краю, а ноги уверенно оперлись на другой край. И дал «лучик» в рот. Пока Оля ласкала его язычком, он повторно намазал её грудь икрой.
– Теперь я тебя покормлю, – он принялся собирать с груди икру «лучиком» и с него кормить Олю. Она ссасывала с «лучика» икру, как сосут мороженое. «Супер»! – больше никаких мыслей не было. Его возбуждение стало чрезмерным, и «лучик» своей твердостью стал мешать еде. Ольга перебралась на стул, Алёша в третий раз нанёс икру ей на грудь. Теперь собирать икру вздыбленным, как копье, «лучиком» и подавать её в рот было удобнее. По-видимому, Оля уже наелась икры, потому стала задерживать «лучик» во рту дольше, чем нужно. Алексей понял это, снова переместил её на стол и решил: «Пора»!
Он перешёл в торец стола и, полюбовавшись задранными к потолку идеальными ножками Олечки, ждущей текущей «пусечкой», неспешно и аккуратно ввёл «лучик» внутрь. В этой позе у него не было никакого напряжения. Он чувствовал себя музыкантом, он управлял своим и её вожделением так, как хотел, снижая чувственный накал для себя и убыстряя оргазм для неё. Ножки Оли он подпирал плечами под икры, а руками крепко сжимал её за бедра. Иногда он снижал темп, чтобы полюбоваться, как мокрый чуть ли не дымящийся «лучик» выходит из «пусечки», чтобы снова войти в неё, раздвинув всей мощью головки тёмные блестящие губки. Ольга поняла цель его игры и послушно уступила оргазму. Алексей сделал паузу, повернул девушку на правый бок, и снова вошёл. А она снова… «уже всё»… теперь уже в этой позе, наслаждаясь тем, что «лучик» входит в неё не прямо, а под углом. Алёша перевернул её на левый бок и обрушил на Олечку третий оргазм. Она уже решила, что для неё хватит – всё нутро возбуждённо гудело от непокидавшего ощущения наполненности, поэтому она сползла на табуретку, едва Алёша снова прервался. Но он не позволил ей опустить ноги на пол – Оля осталась стоять на табуретке на четвереньках, выпятив попу, и в четвёртый раз Алёша проник в неё сзади, в её любимой позе. Четвёртого оргазма она уже не ощущала и не помнила, всё сливалось в одно непрерывное, уже переставшее усиливаться удовольствие. Ольга кричала в полный голос, не заботясь о соседях. Алексею стало трудно сдерживаться, он уже перестал чувствовать Олю. Поэтому он подошёл спереди и, крепко сжав её голову обеими руками («Можно подумать, я собиралась сопротивляться»), принялся глубокими рывками «динь-динить» Олю в ротик, заботясь только о том, чтобы она не поперхнулась. Сил ласкать его у неё уже не было – она покорно подставляла губы, ожидая его финала…
Когда Алёша мыл её в душе, Оля еле стояла на ногах. Её качало, то и дело она наваливалась своим телом на его плечо. Он поворачивал её. Его умение купать маленькую девочку было очевидно.
– Я сикать хочу, – Оля, в самом деле, ощутила себя маленькой и вошла в роль.
Его глаза загорелись как-то по-озорному:
– Сейчас!
Алёша властно раздвинул её ноги пошире и длинным средним пальцем правой руки нежно проник в «пусечку». Олю снова качнуло, и она наклонилась, чтобы лучше видеть, что он делает. Не видно было ничего. Алексей принялся мягкими нежными круговыми движениями массировать её переполненный мочевой пузырь изнутри, то находя, то теряя «точку G».